Тиган изгибает губы в ленивой улыбке. Она тоже пьяна и оплетает руками мою талию.
– Ты не видела Джессику? – спрашиваю я, стараясь оторвать Тиган от себя. Эти попытки напоминают игру с осьминогом, и мы оба смеемся; я ее отталкиваю, она обнимает меня выше или ниже, и в результате мы постоянно хватаем друг друга за руки. На лестнице темно и пусто, стены пульсируют, в голове у меня гудит, а кожа у нее офигенно гладкая.
– Наверху смотрел? – спрашивает она.
– Не-а. – Я моргаю, но вижу только Тиган.
Музыка и разговоры сливаются в равномерный гул, который ритмично прокатывается по дому.
– Пойдем, дурачок. Я тебе помогу. – Она берет меня за руку и ведет вверх по лестнице.
В мозгу у меня кричит голос: «Не ходи с ней!», но ноги его не слушаются. Пока мы поднимаемся, я упираюсь взглядом в задницу Тиган. Споткнувшись на ступеньке, я наваливаюсь на свою провожатую, и мы падаем. Я хватаю ее за бедра, наслаждаясь сочетанием приятной пышности и упругих мышц, и утыкаюсь носом ей в колени.
Очаровательный, хоть и резкий смех Тиган звенит у меня в ушах, как разбитое стекло.
– Божечки, нам сейчас лучше никуда не ходить, – растягивая слова, бормочет она.
Мы помогаем друг другу встать и добираемся до второго этажа.
– Джесс! – кричу я. – Ты здесь?
Мы заглядываем в туалет и в гостевую комнату, потом подходим к белой двери. Тиган стоит у меня за спиной, и я чувствую ее теплое дыхание.
– Это твоя комната? – спрашиваю я.
Тиган открывает дверь, демонстрируя кровать с балдахином, застеленную белым атласным бельем. Поверх лежат декоративные розовые подушки и меховые пледы. С кровати соскакивает, предварительно зашипев на меня, полосатый кот и выбегает в коридор. Тиган толкает меня внутрь и закрывает дверь.
– Вряд ли Джесс здесь, – замечаю я, поворачиваясь.
Тиган прислоняет меня к огромному панорамному окну. Одна створка приоткрыта, и, когда Тиган прижимается ко мне, я ощущаю соленый океанский воздух. Меня качает, в ушах шумит прибой. Сердце, громко стуча, несется вскачь.
– Слышишь, как плещется океан? – совершенно по-идиотски спрашиваю я.
Комната вокруг нас кружится.
– Давай приляжем, – предлагает Тиган. – Протрезвеем.
Она впивается в меня взглядом, и ее глаза напоминают панорамный бассейн ее родителей – глубокий, бесконечный и соблазнительный. Я ныряю в них, но нельзя плыть в глазных яблоках: того и гляди утонешь. Я резко подаюсь в сторону двери.
– Нет-нет, останься на минутку. – Тиган берет меня за руку и притягивает ближе.
Я вдыхаю запах земляничного шампуня и вишневого блеска для губ. Каждый нерв напряжен. Потом кожа встречается с атласом простыни: Тиган усадила меня на кровать.
Тиган проводит пальцами вниз по моей груди к животу, и желание пробуждается, как дремавший дракон. Я возбужден и налакался текилы. Нахмуренное лицо Джесс некоторое время маячит перед глазами, но исчезает, как только Тиган стягивает блузку.
– Лучше не надо, – шепчу я.
Грудь почти вываливается из чашек голубого кружевного бра, а талия у Тиган такая тонкая, что у меня перехватывает дыхание.
– Поцелуй меня, – шепчет она.
Кровь закипает, приливает вниз, и я прижимаюсь к губам Тиган и, закрывая глаза, просовываю язык ей в рот. Прикосновение губ такое же нежное, как атлас на кровати.
Тиган стаскивает с меня футболку и садится ко мне на колени. Мы снова целуемся. Мои руки стискивают ее бедра.
– Сними с меня лифчик, – подстрекает она.
Я нащупываю и расстегиваю застежку, и груди свободно падают. Мой пьяный мозг шкворчит и переключается на автопилот. Остальная наша одежда падает на пол, конечности переплетаются, и вот я уже у Тиган между ног и взмываю к небесам.
Я уже не в постели Тиган, и вообще не в ее доме – я парю над океаном. В голове пусто, ни одной мысли. Я жаркий трепещущий шар, обретающий форму, расплывающийся, ритмично пульсирующий.
Я взлетаю выше и выше, слишком далеко от земли, чтобы выжить. Меня уносит в космос, к звездам, к неизведанным мирам, и, когда больше уже невозможно набирать высоту, в теле взрываются тысячи экстатических пузырьков. Крылья, теперь дырявые, обмякают, и я падаю в океан. Ну и пусть. Во мне нет ни воли к борьбе, ни сознания, ни обязательств – ничего.
Вода омывает меня, затягивая в свои глубины. Туда, где темно и холодно. Туда, где я остаюсь один. Туда, где я тону. Но вдруг оказывается, что я не в пучине океана, а в мягкой атласной постели Тиган. Понятия не имею, сколько проходит времени, а в голове витает одинокая мысль, похожая на вздох умирающего: «Я изменил Джесс».
Глядя на лежащую рядом роскошную обнаженную девушку, я принимаю поспешное и не лучшее решение: «Надо это скрыть».
– Что это у тебя за вид?
