Замолчали. Я переваривала его слова, следя за дорогой, и до въезда в поселок повисла тишина.
Помогая Оле выбраться из машины, я с грустью оглядела их дом, в котором осталось так много хороших воспоминаний; о парнях, разгребающих снег на подъездной дорожке; о Ларисе, что помогала гладить постельное белье; о Тимуре, который балансируя на барном стуле вешал шторы на карнизы. Словно это было в другой жизни — суета, приготовления к приезду новобрачных, смех и шутки и уютная тишина, царившая, когда все разъехались по домам, а мы вдвоем сидели на креслах в гостиной, довольно оглядывая свою работу.
Дом казался пустым без Агеева. Как бы я к нему не относилась, но я знаю, что в этот момент — когда Игорь повернул ключ и снял сигнализацию, нас должно было быть четверо. Даже если бы мы с Тимуром огрызались друг на друга, но его не хватало — ощутимо, осязаемо.
— Останешься? — спросил Лазарев, поставив чемоданы в прихожей.
Пожав плечами, я улыбнулась, глядя на довольную Олю — та, если бы могла подпрыгнуть, обязательно это сделала бы.
— Как будто и не уезжали… — выдохнула она, — Это ты все сделала?
— Я, парни, Лариса и… Все в общем, — помявшись с ноги на ногу, я снова посмотрела на Игоря.
— Так останешься? — повторил он.
И я кивнула, решив остаться.
Стук костяшек по стеклу прозвучал глухо. Водитель по ту сторону не торопился нажимать на стеклоподъемник, поэтому я, откашлявшись, постучал еще раз, опираясь свободной рукой о крышу внедорожника. Медленно жужжа, окно наконец-то опустилось, представляя взору усатого мужика лет пятидесяти на вид, с проплешиной на макушке и со смешно зализанными на нее редкими волосками.
— Что-то ты примелькался в этом дворе, — без приветствий начал я, оглядев салон авто, — Зачастил.
— А вы, пардоньте, кто будете? — ехидно осведомился неизвестный.
— А я оперуполномоченный Агеев Тимур Маратович.
Подкрепив весомый аргумент раскрытой корочкой, я спрятал удостоверение в карман брюк и облокотился на дверь, фактически залезая в машину. Мужчина потянулся к бардачку, на что я непроизвольно — честное пионерское — достал ствол из наплечной кобуры.
— Вот давай, — спокойно произнес, лениво держа пистолет в ладони, снова удобно утроенной на двери водителя, — Без резких движений.
Подняв руки, усач затараторил:
— Я только показать хотел…
— Предупреждать надо, — махнув дулом, позволил открыть бардачок и кивнул, когда мужик посмотрел на меня, спрашивая разрешения, — Медленно.
Мне под нос был подсунут большой коричневый конверт, а с водительского сидения противно заныли:
— Вот. Я — частный сыщик, слежу за девчонкой. Один студент попросил выяснить, куда ходит; с кем общается, ну и все такое. Хочет приударить вроде как, понравилась ему.
— Рыжий?
Дождавшись утвердительного кивка, я выпрямился и вытащил из конверта пачку фотографий. Ухмыльнулся, увидев девицу на первом снимке и не стал разглядывать все, потому что итак знаю: маршрут у нее всегда один и тот же — дом, институт, магазин «Пятерочка» за углом, дом. И так по кругу. День сурка, не иначе.
— Частный сыщик, — фыркнул я, — Хреновый из тебя сыщик, я тебя в первый же день заметил. А вот ты, похоже, нет.
— Да, я как-то не обратил внимания…
— Вот и я о том же, — вздохнув, повернулся к окнам на седьмом этаже, — Ладно, сыщик. Сейчас я уйду, а потом вернусь. Заснимешь все и передашь своему студенту, что у девушки есть хахаль. Серьезный дядя, которого не стоит злить. Все понял?
— Д-д-да-да, конечно. Все будет сделано…
— Чудненько. Я мигом.
В два шага дойдя до подъезда, я дернул тяжелую дверь, параллельно набирая Лазаря. Тот ответил с первого гудка, перекрикивая гул голосов на заднем плане:
— Слушаю.
— Можешь покупать билеты, — поднимаясь по ступенькам — лифт, как назло, не работал, я на всякий случай поглядывал в небольшие окна на площадках.
— Все в порядке с девчонкой?
— Да, за ней следил какой-то престарелый дебил, решивший поиграть в Путилина.
— Это точно? Тебя не могли наебать?
— Не думаю, что можно так достоверно сымитировать испуг, когда на тебя направляют пистолет.
Пролеты быстро преодолевались, правда, не без боли в мышцах — не первый этаж, как никак. В последний раз взглянув на улицу между шестым и седьмым, я встал перед квартирой и нажал на кнопку дверного звонка, прислушиваясь — стандартный, противный звук, похожий на трель старого советского будильника.
— Вылетаю первым рейсом, — суета в трубке сменилась приглушенными шагами, а затем звуки и вовсе исчезли, кроме голоса Игоря, — Забери ее и привези ко мне домой.
— Хорошо, — промычал я, нажимая на звонок еще раз, — А ее сестра с тобой?
— Конечно.
Вздохнув, позвонил в третий раз, наконец-то услышав шаги за дверью.
— Думаешь она ждала тебя?
— Ждала, — прошелестел Игорь.
— Я думал, что таких как мы, никогда не ждут, — проговорил, встречаясь со взглядом голубых глаз и сглотнул, — Она со мной.
— Дай ей трубку.
Протянув сотовый, я потеснил девушку. Пока она разговаривала по телефону, прошел на кухню и заглянул в окно, чуть отодвинув ажурную занавеску.
