– У вас психология мелкого лавочника, Билли, – заявил лежащий, начисто проигнорировав вопрос. – Небось до того, как завербоваться в контору, стояли за прилавком папочкиного магазина?
– А вы не боитесь, что я сейчас позову своих мальчиков и…
– Хочется?
– Если честно, такое желание возникает.
– Хочется, а нельзя, – хмыкнул пленный, – спорю на что угодно, что Центр строго-настрого запретил работать со мной жестко.
– Вы могли напасть на моих людей…
– Только попробуйте, малыш Билли, и когда со мной начнет беседу кто-нибудь из взрослых, первым делом пожалуюсь, что вы меня зверски истязали, а еще пытались мне отдаться в извращенной форме…
– Не понимаю причин вашего веселья.
– Если честно, для меня это тоже загадка.
Желто-красный крохотный автомобильчик с надписью «Sonata Pizza» притормозил на узкой улочке старого города, потому что дорогу перед ним перегородил остановившийся поперек проезжей части серый с проступающими по бортам следами ржавчины микроавтобус. Из открытого капота торчали ноги и частично задница водителя, судя по несущимся изнутри воплям, находиться в таком виде ему предстояло долго. Сидящий за рулем автомобильчика, совсем молодой парень в красной рубашке поло и ярко-желтой бейсболке с логотипом пиццерии, озабоченно посмотрел на часы.
– Привет, как дела?
– Хреново, сам, что ли, не видишь? – машинально пожал протянутую в окошко руку, ощутил укол в собственную ладонь и отрубился.
Человек в точно такой же рубашке и бейсболке открыл дверь и легко передвинул впавшего в состояние временной летаргии на соседнее с водительским сиденье. Занял его место, захлопнул дверцу и трижды просигналил. Водитель микроавтобуса быстренько закрыл капот, заскочил в кабину, мотор почему-то сразу завелся, машина вывернула на проезжую часть и уехала. «Sonata Pizza» тронулась следом.
– Не проголодались? – Человек, представившийся Уильямом, приоткрыл дверь и заглянул в комнату.
Порядок, русский валяется в койке, в кресле в углу у окна вооруженный пистолетом страж, накачанный верзила в серой футболке с надписью «Marines» через всю могучую грудь, не спускает с него глаз. При виде шефа бодро вскочил на ноги и принял стойку «смирно».
– Сэр! – Боевых оперативников здешней резидентуре по статусу не полагалось, поэтому разведчика из Москвы стерегли обычные морпехи из взвода охраны посольства, они же, кстати, и участвовали в его задержании.
– Вольно, Питер, – благодушно отозвался как бы Уильям (а все-таки, черт подери, приятно, когда при виде тебя кто-то вскакивает и вытягивается в струнку…). – Как ведет себя наш друг?
– Валяется, сэр, и визжит как свинья, – пролаял страж, с ненавистью глядя на пленника. – И пусть только попробует…
– Спокойно, Питер, садитесь. – Тот послушно уселся обратно.
– Соскучились? – поинтересовался лежащий.
– Зашел удостовериться, что с вами все в порядке.
– А что со мной может произойти?
– Можете резко повернуться, а Питер решит, что вы собираетесь совершить побег. Парень этого только и ждет. Вы же покалечили его друзей.
– Подонок, – буркнул верзила.
– Сожалею о случившемся, дружище, – примирительно заметил русский. – В следующий раз, когда соберетесь кого-нибудь внаглую повязать, не переодевайтесь в штатское. – Тот глянул свирепо, но смолчал.
– Мы тут, Иван… можно я буду называть вас Иваном?
– Ради бога.
– Так вот, Иван, мы тут собрались перекусить.
– Прекрасная мысль.
– Заказали пиццу, не присоединитесь? Или предпочитаете vodka and selyodka?
– Водку в такую жару? Да ни за что! Только пиво, очень холодное, в большой запотевшей кружке, – мечтательно проговорил якобы Иван. – И, конечно же, сигаретку. Лучше всего «Лаки Страйк», но сойдет и «Мальборо». В крайнем случае – отрава местного производства…
– Какой же вы все-таки зануда, – голова исчезла, дверь захлопнулась.
В нагрудном кармане сидящего за столом крепыша зашипела рация.
– Да… – прослушал сообщение и отключился. – Прибыла пицца, сэр.
– Что?
– Наши парни в машине докладывают, что приехал разносчик из пиццерии.
– Один?
– Так точно.
– Встреть его и расплатись.
– Есть, сэр. – Здоровяк четко кивнул постриженной по традиционной морпеховской моде («туго и упруго») башкой, встал и быстро проследовал к двери.
– Внимательнее там, – раздраженно крикнул вдогонку Уильям и опять схватился за телефонную трубку, набрал номер и принялся слушать длинные гудки.
Его единственный штатный помощник опять исчез с горизонта, такое с ним постоянно случается. Теперь объявится на службе дня через два и, дыша перегаром, начнет нагло врать, что изучал оперативную обстановку, а потом встречался с доверенным лицом. Не иначе, в портовой распивочной, а потом в борделе.
И ничего с этим поделать нельзя. После первого же загула подчиненного он проинформировал об этом руководство. В ответ ему посоветовали провести с ним воспитательную работу и намекнули, что надо быть терпимее и не мешать заслуженному человеку спокойно доработать оставшиеся полтора года до пенсии. Интересно, у русских такой же бардак в разведке или еще похлеще?
