Наш разговор прерывается, когда мы добираемся до дальнего конца, где нас ждут Винни и Каллос. Руван бережно опускает меня на землю, и мы направляемся внутрь. Мы бродим по коридорам и комнатам, возвращаясь к первому залу, в котором я оказалась. Меч, которым я орудовала против Рувана, все еще лежит на полу, отброшенный. Я не могу не улыбнуться, глядя на него.
— Мы пойдем первыми и все разведаем. Привлеки внимание всех Погибших, — говорит Винни, идя в дальний конец комнаты. Я замечаю небольшой круг из камней, которого раньше не видела. Она встает в центр и исчезает с дымчатым облаком.
— Это щель в барьерах замка? — предположил я.
— Так и есть, — подтверждает Руван, когда Каллос отходит в сторону. — Ты готова? — Руван протягивает мне руку.
— Готова. — Мои пальцы скользят по его пальцам, и он ведет меня в круг.
Через мгновение я дышу тенью и тьмой, готовясь к тому, что таит в себе этот загадочный «музей».
ГЛАВА 28
Я стою в городе из камня и льда. Иней покрывает дверные проемы и пороги, древние сталагмиты цепляются за балконы, угрожая своими опасными остриями. Городские здания, которые я видела из замка, массивнее, чем я могла себе представить. Они возвышаются надо мной на несколько этажей. Крепость в Деревне Охотников всего четыре этажа в самой высокой точке, а я всю жизнь думала, что это самое высокое здание, которое только можно создать.
Повернувшись, я воспринимаю все это. Тишина. Снегопад, сверкающий в лучах солнца, танцующий на моих ресницах и завихряющийся в моем затаенном дыхании.
— Добро пожаловать в город. Темпост, колыбель вампиров. — Руван отпускает мою руку.
— Это... — Сияющие шпили, сверкающие булыжники, железная арматура по бокам зданий... от этой красоты у меня перехватывает дыхание.
— Это не так много, не сейчас. Но раньше...
— Это потрясающе. — Я снова обрела голос.
Удивленное молчание Рувана сменяется легкой улыбкой. За пределами замка он кажется светлее, немного выше ростом.
— Я рад, что тебе нравится.
— А как все было до этой длинной ночи? — спрашиваю я.
Взгляд Рувана становится мягким и отстраненным. Он смотрит на безмолвные улицы.
— По правде говоря, даже я не знаю.
— Не знаешь? — Я оглядываюсь через плечо, чтобы убедиться, что Винни и Каллос не находятся поблизости, и только после этого легонько касаюсь его локтя.
— Нет... Я родился уже после того, как было наложено проклятие. Даже будучи мальчиком, я видел лишь тень былой славы Темпоста. Народ уже становился Погибшими, они убивали друг друга, чтобы выжить. Но во времена расцвета город был великолепен. — В его словах звучит тоска, ностальгия по тому, чего он никогда не знал. — Старейшины говорят, что в течение месяца все было тихо, но во время праздников, которые проходили в полнолуние, улицы заполнялись людьми всех мастей. Они...
— Кажется, все чисто. — Винни выбегает из-за большого соседнего здания, прерывая размышления Рувана, и Каллос идет позади. Я быстро опускаю руку, надеясь, что они не заметили.
— Это хорошо. — Руван проводит ладонью по пуговицам своего пальто. Никогда еще железные пуговицы не вызывали у меня такого восхищения. Но то, как они скользят под его длинными изящными пальцами, прежде чем расстегнуться, завораживает. Это почти заставляет меня облизывать губы. Мне хочется медленно провести языком по кончикам зубов. Почувствовать, есть ли у меня...
Мое сознание переполняют мысли.
Именно об этом я и думала.
Я вдруг сосредоточился на архитектуре зданий, на планировке улиц,
— Ты готова? — говорит Каллос таким тоном, что я думаю, что он спрашивает об этом не в первый раз.
— Да, конечно. — Я опускаю руку на серп, когда мы приближаемся к громадному строению впереди.
Колонны выстроились вдоль его фасада. Вход в здание представляет собой арку, настолько массивную, что в нее может проехать лошадь с телегой. Над ним — герб и гравировка, покрытые толстым слоем инея и снега, что делает их неразборчивыми.
— Ты в порядке? — тихо спрашивает Руван, когда мы приближаемся. Винни и Каллос идут впереди. Винни я ожидала, но Каллос, идущий в бой во главе отряда, — это нечто такое, чего я не ожидала от этого мужчины.
— Я готова. — Я быстро киваю, держа руку на рукояти серпа.
Руван тихонько хмыкает, похоже, от удовольствия. Он снова недооценивает меня, как и тогда, когда мы только спустились в старый замок. Я ему покажу. Я...
Мои мысли останавливаются во второй раз, ноги зеркально отражают мои шаги, останавливаясь на месте.
Я стою в двухэтажном атриуме. Снег падает через треснувшее стекло купола. Прямо передо мной — каменный стол, обрамленный мрамором. Его кресло давно превратилось в пыль.
