– Моя сила опьяняет, правда? – шепчет он. – И ты хочешь еще? Милая охотница, сними проклятие с моего народа и можешь пить мою силу до тех пор, пока твое тело будет способно ее выдержать.
Руван отстраняется, волосы падают ему на глаза, и в них словно поселяются злые тени. Которые вполне реальны. Ведь это его зло запечатлелось у меня в душе.
Трудно сдержаться и не придушить его. Однако стоит лишь подумать о том, чтобы причинить ему вред, тело восстает. Начинает кружиться голова, к горлу подступает тошнота. Я поспешно прогоняю кровожадные мысли. И на меня вновь накатывает страх. Что же я наделала?
– А теперь пойдем… – говорит Руван. – Я покажу твои покои. Потом займемся настоящим делом.
Из святилища мы выходим втроем. Однако, вопреки моим ожиданиям, не спешим возвращаться туда, откуда пришли. Сняв со стены массивную связку ключей, Руван вешает их себе на пояс, и мы начинаем спускаться по лестнице, по пути минуя множество запертых дверей.
Я пытаюсь запомнить, какой дорогой меня ведут, чтобы хоть немного ориентироваться в похожем на лабиринт замке. Но тщетно. Меня постоянно отвлекают какие-то странности. Сперва ноздри наполняет слабый запах жарящегося мяса. Потом порывы воздуха касаются лодыжек и пальцев рук, как будто в коридорах существует некая доселе неведомая мне жизнь.
К тому же все еще кружится голова от переполняющей меня магии вампов. Она накатывает волнами, и я изо всех сил стараюсь не споткнуться. Во мне столько энергии, что, кажется, я готова проработать молотом целый день без перерыва, да еще хватит сил, чтобы таскать уголь или убирать в хранилище остатки переплавленного железа. И одновременно такое чувство, будто меня в любую секунду может разорвать на части.
Руван останавливается возле какой-то двери и отпирает ее. Я вдруг замечаю, что по обеим сторонам порога тянется полоска соли. Вамп осторожно переступает через нее, и я с замиранием сердца следую его примеру.
– Значит, соль на самом деле никак не защищает от вампов, – вздыхаю я.
Она не слишком-то подействовала на бродячего вампа, который хотел вломиться в наш дом. Интересно, сколько еще домов в Охотничьей деревне в ту ночь подверглись нападению? Ведь хрупкая защита, на которую надеялись жители, оказалась бесполезной. А знали ли мы вообще хоть что-нибудь о вампах?
Удивительно, но мое печальное замечание не остается без ответа.
– И да, и нет. – Руван запирает за нами дверь. – Соль притупляет чувства вампиров и затрудняет нашу врожденную способность отыскивать и выслеживать кровь, даже ту, которая еще течет в венах.
Он вдруг замолкает. Наверное, раздумывает, стоит ли делиться со мной сведениями? Я буду только рада, если Руван продолжит совершать подобные ошибки и раскроет мне секреты вампов. Если я когда-нибудь вернусь в Охотничью деревню, то сообщу их все Дрю и охотникам из крепости.
Как ни странно, Руван, отбросив колебания, продолжает:
– В какой-то мере соль все же работает. Вампир не сможет почувствовать за дверью человека, поэтому не станет его искать. Однако если он знает, что внутри кто-то есть, от соли мало проку.
– Зачем она здесь? – интересуюсь я.
Руван вздрагивает, и как бы хорошо ни умел держать себя в руках, я замечаю скользнувшую по его лицу мимолетную гримасу. Взгляд вампа становится отстраненным.
– Для защиты.
– Тебе нужна защита от вампов? – недоверчиво поднимаю брови.
– Мы вампиры. И что бы ты ни думала, в темноте скрываются монстры намного страшнее нас. – Он снова указывает на соль. – Она помогает.
– Ясно.
Что-то здесь не сходится. Если соль притупляет чувства вампов, то как один из монстров нашел меня в защищенном солью доме? Я уж точно не попадалась ему на глаза. Может, Руван старается внушить, будто он и его сторонники слабы, тем самым пробудив во мне сочувствие? Ну нет, я не поддамся на его уловки.
– У тебя есть еще вопросы, – тихо замечает он, когда Куин уходит вперед.
– Только вряд ли ты на них ответишь. – Я бросаю на него настороженный взгляд.
Руван точно так же смотрит в мою сторону.
Вероятно, занимается теми же прикидками, что и я. Кровная клятва якобы запрещает нам лгать. Но позволяет ли говорить полуправду? Куин уже отлично доказал, что вампы умеют уходить от ответов на неприятные вопросы.
Мы попадаем в тесный вестибюль, и Куин открывает еще одну дверь.
– Пойдем, охотница. – Руван поспешно переступает порог.
Мы шагаем по галерее, откуда открывается вид на лежащий внизу зал. Там сидят несколько вампов, но они нас не замечают. Либо же просто не обращают внимания.
Однако Руван не останавливается. Он быстро проходит в очередную дверь, которую Куин придерживает для меня открытой. Впрочем, слуга не входит следом за нами, а просто закрывает створку за моей спиной.
– Это мои покои, – объясняет Руван, ведя меня через другие двери в гостиную. – Ты останешься здесь.
– Здесь?
– Да, чтобы я мог лично за тобой присматривать. Ты и вправду веришь, будто я предоставлю тебе полную свободу?
