Сидя на своем месте и усиленно натирая глаза кулаками, Рым бросил взгляд на дух Гама. В ответ тот лишь чуть уголком губ дернул и едва заметно головой качнул. Отношения между мальчишками не были секретом для бывшего охотника. Нравилось Уку над физически более слабым Рымом куражится. Впрочем, тот всегда находил возможность ответить, а до задиры никак не доходило — почему на него вечно столько шишек сыплется.
Когда суматохе более-менее улеглась, люди потянулись на выход. Последним из пещеры выбрался Ук, хлюпающий разбитым носом и с наливающимся синяком под глазом. Он даже не попытался отвесить тумака Рыму, проскользнувшему обратно под каменный свод. Не до того было пострадавшему от гнева шамана парнишке.
Хыр, хоть и не блистал особыми талантами в плане рукоприкладства или охоты, но кулаки имел тяжелы и ногу твердую, от чего прихрамывающий Ук при всем желании вряд ли бы сумел попасть по верткому Рыму. Собственно, потому-то он и решился на опасный маневр. Ну не смог он сдержаться от того, чтобы еще больше не унизить задиру. Впрочем, Ук ничего не понял, а остальные не обратили внимания. Правда, делал это Рым больше для себя. Все же, как бы ему не хотелось быть храбрым, но когда на него надвигался сжимающий кулаки Ук, Рым испытывал тянущее чувство где-то в районе пупка и боролся с дрожью в коленях.
Наконец в пещеру вернулся шаман, и Рым тут же отбросил всю веселость, а мысли об удачной мести за отобранную вчера порцию мяса ушли в небытие, будто их и вовсе не было. Заступивший путь шаману Гам открыл рот, но Хыр просто прошел сквозь призрака и плюхнулся на покрытый истертой шкурой камень. Рым не сдержал мимолетной улыбки. Уж больно забавно смотрелся так и не закрывший рот Гам. Впрочем, он быстро справился и вернул челюсть на свое место.
— Рым, принеси воды, — швырнул Хыр бурдюк.
— Хорошо, — буркнул мальчик, подхватил сделанный из желудка овцы сосуд и, чуть заметно пожав плечами на вопросительный взгляд Гама, выскользнул из пещеры.
Пока охотник был жив, подобные поручения никто не раздавал. Во всяком случае, они не касались личных бурдюков.
Рыму пришлось обождать, пока все племя не ополоснется и не напьется. Узкий пятачок позволял подойти к горному ручейку максимум втроем. Все это время Гам пытался обратить на себя внимание Хыра, но так и не добился успеха. Поручение шамана позволило Рыму избежать распределения на работы. Конечно, его бы в любом случае отправили с женщинами и старшими детьми собирать коренья и ягоды в долине, да наверняка еще отправят, но к пещере он вернулся одновременно с вышедшими из нее охотниками. Последние дни оказались неудачными для мужчин-добытчиков. Несколько зайцев и барсук, вот и все что принесли они к огню, потому и подкрепиться перед охотой им было нечем, а орехи и на ходу жевать можно.
Спешить Рым не стал, отошел в сторонку и присел за чахлым, перекрученным кустом с узловатыми шишками на стволе и тонкими колючими листочками. Вскоре из пещеры выбрались женщины и дети от пяти и старше. Никто не стал искать Рыма, похоже о нем просто не вспомнили. Впрочем, сборщик даров природы из него был посредственный. Вечно он чем-нибудь увлекался, то на муравьев заладится, то просто задумается, от того и производительность катастрофически страдала. Окрики и тычки практически не помогали, так что на мальчика давно уже рукой махнули. Правда, благодаря призрачному мышонку он частично искупал недостаток труда обнаружением богатых мест, но случалось такое редко.
Дав женщинам и детям отойти подальше, Рым скользнул в пещеру и быстро огляделся. Шаман сидел у огня, недовольно бурчал под нос, шевелил прутиком в огне и неспешно жевал орехи. Бросив взгляд на полный орехов кожаный мешочек, сделанный из снятой с ноги зубастой кошки лапы, Рым сглотнул слюну.
— Вот, — протянул он наполненный бурдюк шаману, предусмотрительно подождав, когда тот вытащит новую порцию орехов.
— Долго, — скривился Хыр, но отвешивать подзатыльник не стал, руки заняты были.
Отвечать Рым не стал, а поспешил отступить и вдоль стеночки убраться в дальний угол. Вскоре к нему присоединился и дух Гама. Спрашивать о чем-то не имело смысла. Поникшие плечи призрака и пошедший складками лоб говорили сами за себя.
— Обманщик, — вздохнул Гам.
— Угу, — кивнул Рым, доставая из-за пояса камешек с рисунком мышки и проводя пальцем по черному контуру.
Результат не заставил себя ждать, не прошло и минуты, как прямо из стены высунулась полупрозрачная мордочка, а следом дух мыши и целиком выбрался. Пискнув, призрак тут же забрался на положенный камень и прикрыл глазки-бусинки. Вздохнув, Гам отвернулся. Если бы мог, он бы, возможно, покраснел.
— Прости, что не верил, — выдавил он чуть слышно.
— Я не в обиде, — улыбнулся Рым, прикасаясь к призрачному мышонку.