Остальным так же нашлось что сказать и рассказать. Дрого понимал, что у людей, живущих в среднем лет по тридцать, специфическое отношение к смерти. Он сопротивлялся, возражал, но просто не мог противостоять потоку чувств и мыслеобразов приносимых верой. Все чаще он ловил себя на мыслях вроде: «Рым действительно плохо спит в последнее время из-за кошмаров», «Если мальчик увидит смерть врагов и духа, он наверняка откажется от мести всем дикарям. Конечно, он не говорит об этом, да и думает не часто, но ведь не забыл», «Он же и не собирается в драке участвовать, только копье кровью окропит перед боем и в сторонке посидит», «В конце концов, нас чуть не вдвое больше, у нас щиты и строй, да и медведь этот чертов на голодном пайке был, мне и надо-то его всего лишь придержать, пока дикарей не вырежут, а там уж как-нибудь и без копья справлюсь, ну, а с ним и вовсе победить нетрудно».
— Бездна с вам, — согласился Дрого в ночь перед выступлением. Он и сам не знал, что именно его убедило, но смертная тоска поникшего Рыма, вопреки обыкновению молчаливого и не задающего вопросы, стала последней каплей. Слишком разителен оказался контраст между равнодушием и жизнерадостным интересом ко всему и вся.
— Умереть можно и живым оставаясь, — вздохнул Дрого, обнимая несмело улыбнувшегося мальчишку.
— Спасибо, я не подведу, вот увидишь, я слушаться буду, я…
— Спать иди, завтра рано выйдем и неизвестно сколько дней в пути будем, — остановил ученика Хыр. Остальные поддержали вождя кто кивком, кто многозначительным хмыком.
Рым встал, прижал кулаки к груди, опустил на миг голову и пошел к полуземлянке. «Тиле спокойной ночи пожелай и пока скажи», — дал ему в спину совет Кыр, за что получил сдвоенный подзатыльник от Гыга и Фрода, а Халдор продемонстрировал Казанове внушительный кулака. Впрочем, когда Рым отошел достаточно далеко, мужики не упустили возможности поржать и поговорить о слабом поле. «Оно и к лучшему», — усмехнулся Дрого, ощущая изменение в эмоциях людей. За два насыщенных дни все успели изрядно накрутить себя и очень хорошо, что разрядка случилась перед выступлением, а не произошла в походе или перед схваткой.
Несмотря на позднюю осень, а может и начало зимы, погода радовала. С одной стороны, огромная масса воды под боком, с другой, несколько шаткие прикидки Дрого по географическому положению и времени, из которых следовало, что осели они в районе субтропиков, а на дворе стоит межледниковый период. Как бы там ни было, а утро в день выступления порадовало температурой под пятнадцать градусов. Акелла с собратьями убежали вперед, взяв на себя роль передового дозора и разведки, люди же, плотно позавтракав, отправились следом.
Пойти на битву с врагом желали все, но лидеры рода и дух-покровитель ограничились полусотней охотников. Предпочтя в первую очередь взять тех, кто имел личные счеты и опыт. По прикидкам Дрого выходил почти двукратный численный перевес, а оставшиеся, в случае чего, оставались достаточно защищенными. Дрого не стал брать зверодухов и шаманов, первые могли помочь лишь символически, а от крови вторых не было толку. Как показали опыты, важно не количество, а качество. В яркости ауры никто не мог сравниться с Рымом, потому и разбавлять его кровь, уменьшая эффект, не имело смысла.
Бегущие впереди отряда волки смогли обнаружить медведепоклонников, но не сумели остаться незамеченными. Амат узнал Акеллу и убедил духа-покровителя держаться рядом с последователями. В принципе, Дрого и не рассчитывал разбить их по частям, он вообще не задумывался о тактике или стратегии, всецело сосредоточившись на будущем противостоянии с призраком медведя и отдав остальное на откуп людям. Не будь он так поглощен мыслями о предстоящем лично ему, он бы мог и сообразить, что оставленные им зверодухи — неоценимое подспорье в битве живых.
— Встанем между лесом и рекой, — сказал Хыр, закончив рассматривать нарисованный Дрого план местности.
— Подождем, — согласился Илдар, пальцами промеривая расстояние.
Конечно, волки воспринимали мир по-своему, естественно, Дрого попытался учесть этот нюанс, но точность схемы оставляла желать лучшего. Тем не менее, даже с учетом всех погрешностей, у людей было время занять позицию и отдохнуть. О чем и сказал Халдор, заметив, что враг придет к ним уставшим.
— Это если они бежать будут, — не преминул заметить Фрод, но сегодня приятель не стал спорить. Ограничившись кивком.
— Вперед, — махнул рукой Хыр, заканчивая совет.
Солнце преодолело зенит и покатилось вниз, со стороны моря набежали редкие облака, а из подлеска выметнулись серые тени волков. Дрого не пришлось говорить, люди и без того поняли, что значит появление четвероногих друзей. Рым снял с пояса отполированный до матового блеска каменный нож, подаренный ему Тилой, рассек ладонь и провел ей по светящемуся от маны костяному копью. Он знал, что от количества крови ничего не зависит, и все же с особой тщательностью покрыл ей наконечник оружия.
