Перед внутренним взором медленно проплывали десятки когда-то сделанных свистулек, чашек, кружек, блюдец-тарелочек, кучи всевозможных крякозыбр и прочего налепленного нами. Даже не сами поделки, а проведенные за их изготовлением часы. Уставшая после работы мама, с улыбкой смотревшая на заляпанный стол и заставленный подоконник. Вернувшийся со смены отец наводящий порядок. Тогда мы не замечали его чуть подрагивающие руки, серое лицо и темные круги под глазами. Сейчас же все это вспоминалось в деталях, пальцы бездумно мяли податливую глину, раскатывали ее в колбаску, скатывали в шарик, разделяли и вновь соединяли.
Постепенно мысли свернули в сторону сегодняшнего дня. Речь шамана, собственные мысли, представление для дикарей. «Зачем?» — навязчиво билось в голове. План действий, созревший подспудно днем и оформившийся в конкретику недавно, теперь не казался таким уж важным и нужным. Зачем мне куча верующих? Зачем мне океан маны? Зачем нарушать естественный ход вещей? Зачем… зачем… зачем… «Да черт его дери! Нафига?!» — заорал, сжимая кулаки и вскидывая голову к небу.
Звезды не ответили, лишь молча подмигнули в ответ. В голове тут же всплыло — мерцают из-за атмосферы. Стало противно от собственной слабости и тоскливо. «Даже луны нет, чтобы повыть от души» — сказал, и горько усмехнулся. Совсем что-то раскис на ровном месте. Ну кто я такой? Студент-историк, двадцать с хвостиком, что я могу? Почему я?! Неужели нет других, опытных, знающих и умеющих? Да хотя бы несомневающихся, черт их всех подери!
Люди нужны. Много людей — много веры. Вера — это возможности. Не для себя, мне-то ведь нынче ничего и не надо особо, а вот человечеству помочь, прогресс ускорить — это мне по силам. Сейчас на всей земле миллионов пять хомо обитает, может и вдвое меньше, все же, навскидку определенный временной промежуток, а это плюс-минус десять тысяч лет.
Простая математика — на начало промышленной революции население планеты составляло порядка миллиарда человек. Разумеется, для его обеспечения потребовалось соответствующее количество ресурсов, фабрик-заводов и прочих пароходов. Естественно, гадили она в соответствующем масштабе. Вообще-то, боевым экологом с позеленёнными мозгами никогда не был, но кое в чем всякие гринписовцы все же были правы. Впрочем, меня все же не столько биосфера интересовала, сколько проблемы развития человечества в условиях ограниченных ресурсов. Прийти с миллиардным населением к уровню развития науки и техники на уровне XX века — огромный успех. И это без учета моих, да и не только моих, малопонятных способностей. «О себе любимом забывать не стоит», — усмехнулся, скатал глину в шарик и задумался над тем, чтобы такого из нее слепить.
— Дрого, — раздался снизу робкий голос Рыма.
«Так или иначе, а народ к производящему хозяйству надо приучать и численность наращивать», — подытожил размышления и утвердил ближайшие цели. Тощий полуголый Рым и выглядящий последним голодранцем Хыр, как-то не располагали к философии и долгим пространным рассуждениям. «Неолитическая революция, о которой еще и не думали, таки началась, товарищи. Наше племя, под мудрым руководством товарища Дрого, нашего единственного и неповторимого духа-покровителя…», — заржав аки конь от пришедшего в голову, слетел с камня.
— Друзья, нас ждут дела, — улыбнулся, сбросив в ауру Хыра искорку маны. — Присядьте, нам стоит многое обсудить.
Рым тут же примял густую траву ногой и уселся на нее. Хыр, в общем-то, проделал то же самое, но сел так, что камень послужил ему опорой для спины. «Определенно, имеет смысл вводить институт вождизма», — отметил действия Хыра. Недошаман прирожденный лидер, но не тот, который с дубиной впереди толпы, а тот, кто головой работает. Так, ладно, рано пока об этом, надо хотя бы сотню охотников иметь, чтобы всерьез над иерархией думать.
Потерев лоб и полетав туда-сюда собрался с мыслями. Зависнув напротив людей, и, лепя из глины человечка, принялся излагать свое виденье ближайшего будущего. Мне требовалась помощь, я был далек от мыслей о том, что смогу все сделать сам. Нет у меня руководящего опыта, да и на счет талантов к управлению — сомневаюсь. Вот знаниями разными голова набита плотно, все же обожающий книги студент исторического факультета не последнего института страны — это сила. Кое-какие практические навыки — спасибо проводимым в деревне каникулам — имеются, но маловато этого может быть. Ой маловато.
И никаких подлых мыслишек о новых попытках! Люди, пусть первобытные и дикие, но все же люди. Живые, чувствующие, мечтающие и надеющиеся. В конце концов, просто понимающие и верящие. Страшно. Пугала ответственность за то, что собрался предложить новый путь, нарушить естественный ход вещей, вмешаться в историю. Сейчас и такая ничтожная группа может стать теми, кто раз и навсегда изменит будущее человечества.
