Саблин с улыбкой посмотрел на лейтенанта.
— Перстень! — догадалась Дина.
— Именно, — майор затянулся сигаретой.
— Но нам никто не сообщил о пропаже кольца в доме Дорофеева, — возразил Саша.
— Пока не сообщили. Или не сказали намеренно, — предположил майор.
— Но тогда получается, что на Арбате, в музее Пушкина, тоже могли искать какое-то кольцо, — внезапная мысль осенила Максимову.
— Верно, Дина. И нам надо это выяснить. Иногда по каким-то причинам люди не рассказывают правду.
— Что же получается, — произнёс Синицын, — неизвестный проникает в квартиры и крадёт перстни?
— Не просто перстни. А очень старинные.
— Дичь какая-то, — Саша почесал затылок, — прям сорока какая-то!
— Сорока? — не понял Саблин.
— Ну да, птицы сороки. Они любят красть блестящее, обычно в их гнёздах находят украшения, фольгу, булавки, всё яркое и металлическое.
— Кстати, сороки считаются одними из самых умных птиц, — вставила Дина. — Они единственные, кто способен узнать себя в зеркале.
— Понятно. Ладно, спасибо за экскурс по орнитологии. Итак. План такой. Дина, ты выясняешь про кольцо на Арбате: не пропала ли там антикварная вещь. Саша, ты направляешь команду криминалистов проверить замок в квартире на Котельнической набережной у Мечниковой: нет ли следов отмычки. А я поговорю с семьёй Дорофеевых, попробую выяснить: не было ли у них старинного перстня.
— Но зачем преступнику эти кольца? — продолжал задавать вопросы Синицын. — И кто тогда украл папирус?
— Не знаю, — Саблин затушил сигарету, — но мы это выясним.
Купив красный кошелёк и положив требуемую сумму на карту, выпущенную на имя Джемаль Ашировой, Альбина направилась в бар «Пьяная устрица» на Пятницкой улице.
Паспорт на новую фамилию был сделан полгода назад усилиями Ордена Янтарной Бездны, так как её настоящее имя находилось во всех базах полиции — и, понятное дело, пользоваться им нельзя.
Бар оказался небольшим. Зайдя внутрь, Альбина увидела несколько столиков с правой стороны и в глубине зала, а слева находилась длинная барная стойка, за которой стоял высокий широкоплечий бармен с бородой и светлыми волосами, завязанными узлом на макушке. Посетителей оказалось мало: пара человек за стойкой и двое за столиком у окна.
Седьмая прошла к нужному столику. Именно за ним в прошлый раз необходимо было оставить условный знак — кошелёк. Оставалось надеяться, что правила не поменялись и хакер ещё пользуется этим заведением для связи с клиентами.
Выпив пару бокалов рислинга, Альбина, оставив на столе кошелёк, ушла, заметив быстрый, но внимательный взгляд бармена. Значит, система ещё работает.
Довольная, как всё прошло, Седьмая вернулась в отель.
Теперь надо ждать. Завтра будет понятно, готов ли хакер взять её заказ.
Равно как и неделю назад, Дина стояла на улице Арбат, у дома номер пятьдесят три. В понедельник музей был закрыт, но она заранее связалась с управляющим Велизаровым, который согласился подъехать, чтобы переговорить.
Максимова подошла к дверям музея и зашла внутрь.
Пустынный холл встретил её тишиной, как и в прошлый раз.
Из коридора, ведущего к залам экспозиции, показался Велизаров, невысокий лысый мужчина в старомодном костюме-тройке.
— О, здравствуйте, — произнёс он. — А я услышал: кто-то пришёл. Подумал, что вы, — и не ошибся.
— Добрый день, — поздоровалась Дина.
В этот момент из комнаты для охраны выглянул пожилой недовольный мужчина.
— Это наш второй сотрудник от службы безопасности. Тараса сегодня нет, не его смена, — предвосхищая вопрос Максимовой, пояснил Велизаров.
— Где бы мы могли поговорить?
— Пойдёмте в зал «Пушкин и Москва», — Вальдемар Варфоломеевич махнул рукой и пошёл по коридору в сторону, откуда он появился.
Дина направилась следом, ощущая на себе тяжёлый взгляд охранника.
— Так, что вы хотели обсудить на этот раз? — поинтересовался Велизаров, встав у окна и прислонившись к подоконнику.
Максимова не спеша достала блокнот.
— Я хотела вас спросить, не удалось ли вам проверить: все экспонаты на месте?
— Конечно все! — возмущённо отреагировал Велизаров. — Я же вам ещё в прошлый раз сказал. Ничего не пропало.
— А перстень? — в лоб спросила Дина. Она решила, что с такими, как Вальдемар Варфоломеевич, надо действовать резко и прямо, чтобы у него не было времени подготовить ответ и выкрутиться.
— Перстень? — смутился Велизаров. Максимова уловила на его лице замешательство, а может, даже и испуг. Он точно не ожидал такого вопроса.
— Да. Старинный перстень. У нас есть информация, что в музее находилось редкое украшение, — решив идти в своей стратегии до конца, Дина говорила серьёзным и даже резким тоном.
— М-м-м… да, перстень есть. Конечно, — неуверенно произнёс Велизаров.
— Могу я на него взглянуть?
Вальдемар Варфоломеевич нахмурился и облизал пересохшие губы. Было очевидно, что с перстнем что-то не так, и Дина не прогадала, задав свой вопрос.
— Так, что? — спросила она.
— А, видите ли… тут такая странная история, — Велизаров искусственно кашлянул. Похоже, он подбирал слова и размышлял, что сказать.
