Официант поставил заказанные блюда на столик.
— Я понял. Ладно, — недовольно закончил разговор Филипп. Ему стало неприятно, что близкие люди не поддерживают его, однако он не удивился такому исходу разговора. Пётр Иванович частенько не верил в его идеи, а Майя всегда занимала сторону профессора. Но сей факт не отменял настрой писателя докопаться до истины. Даже наоборот. Теперь он точно всё выяснит и докажет, что прав.
Филипп без труда нашёл нужный адрес на Поварской улице в пешей доступности от ресторана, где он только что обедал с дядей, Майей и Дятловским. Проходя мимо красивых особняков, построенных ещё в девятнадцатом веке, писатель с удивлением осознал, что здание ресторана ЦДЛ расположено совсем рядом, в нескольких метрах от того места, куда он держал путь.
— Смирнов? — вдруг он услышал мужской голос.
Филипп остановился и обернулся, глядя на высокого, широкоплечего немолодого мужчину, прошедшего мимо. Моментально смутило то, что неизвестный был одет в полицейскую форму с погонами полковника, как заметил писатель.
— Да, — слегка настороженно ответил Филипп.
— А я иду и думаю: знакомое лицо! — мужчина сдержанно улыбнулся. — Читал как-то вашу книгу. Да и один наш общий знакомый частенько мне о вас рассказывал.
Писатель был озадачен встречей со странным собеседником.
— Общий знакомый?
— Да-да, — мужчина загадочно подмигнул, — Алексей.
— Хм… — Филипп никак не мог понять, о ком речь и откуда этот человек в форме полковника его знает.
— Ладно. Всего хорошего! Так держать, Смирнов! Книги отличные!
Мужчина развернулся и пошёл в сторону Садового кольца уверенной, неспешной походкой.
Писатель постоял пару секунд, обдумывая странную встречу, но затем неожиданно догадался: речь могла идти о Саблине, а этот полковник — его начальник Тимофеев. Следователь как-то упоминал о нём в разговоре, но возможно, это и не так. Пожав плечами, Филипп продолжил путь по Поварской улице.
Дверь нужного здания была закрыта, и он нажал на кнопку звонка. Открыл охранник.
— Я к Оболенцеву.
— Вам назначено?
— Нет, но, я думаю, Яков Владимирович меня примет.
Охранник пропустил Смирнова внутрь и закрыл за ним дверь.
В коллекционном доме, принадлежащем Оболенцеву, было прохладно, но немного мрачновато: приглушённое освещение, тёмный пол.
— Яков Владимирович, к вам пришёл… — охранник вопросительно посмотрел на писателя, держа у уха телефонную трубку.
— Филипп Смирнов. От майора Саблина, — прокомментировал писатель. Охранник повторил услышанное в телефон.
— Проходите, — сказал он, — вверх по лестнице. Вас встретит помощник.
Филипп прошёл через рамку металлодетектора и направился в указанном направлении.
На втором этаже его действительно встретила девушка, проводившая в кабинет коллекционера.
— Филипп Смирнов? — навстречу писателю вышел немолодой мужчина в элегантном костюме.
— Да, здравствуйте, Яков Владимирович. Прошу прощения за такой неожиданный визит.
— Рад вас видеть! Сколько прошло с нашего знакомства в музее, лет пять?
— Ой, да, не меньше, — Филипп улыбнулся, вспоминая историю с шумерской золотой печатью. Тогда писатель получил странную записку от профессора лингвистики Николаева, приглашавшего Смирнова прийти в музей. С этого момента началась история поиска древнего шумерского артефакта, и именно те события толкнули Филиппа написать первую книгу, ставшую бестселлером.
— Видел ваши книги в магазинах. Дела идут хорошо?
— Неплохо.
— Прекрасно! Присаживайтесь, — Оболенцев указал на кресло, садясь напротив. — Что вас ко мне привело? Чем могу помочь?
— Помню, вы говорили, что являетесь специалистом в антикварных предметах искусства. Да и майор Саблин упоминал об этом не раз.
— Есть такое дело, да.
— Я надеюсь, что старинные перстни входят в вашу профессиональную сферу?
Оболенцев слегка нахмурился. Было странно, что буквально недавно они с майором как раз обсуждали редкие кольца, а теперь писатель приходит с той же темой.
— Конечно. Украшениями я интересуюсь.
— Можете что-то сказать об этом? — Смирнов достал коробочку и показал кольцо.
— Хм… — Яков Владимирович сдвинул на кончик носа очки, затем встал, подошёл к столу и достал белые тканевые перчатки. Надев их, он вернулся и взял в руки перстень.
— Меня интересует возраст кольца. Действительно ли оно старинное? Возможно, вы скажете, к какой культуре оно могло принадлежать?
Оболенцев, продолжая держать перстень в руке, вновь направился к столу. Из ящика он достал лупу, сел на стул и начал изучать антикварный предмет.
Смирнов ждал. Идея прийти к Оболенцеву появилась, когда он вышел из ресторана, вспомнив, как Саблин рассказывал о коллекционере, знающем специалисте, который не раз помогал следователю ценной информацией о древних артефактах. Смирнов лично был знаком с Оболенцевым, поэтому долго раздумывать не стал, найдя в интернете адрес коллекционного дома.
— Ну… — Яков Владимирович вернулся к Филиппу, — я, конечно, не ювелир, но могу предположить, что камень в оправе — это настоящий рубин.
— Ага, — кивнул Филипп.
