— С Софьей?
— Да.
— Тот снимок, что ты мне показывал? — уточнил Дятловский, вспомнив разговор с писателем во вторник.
— Он самый.
— Ты показывал снимок Серафиму? — удивился Пётр Иванович.
— Да. Хотел выяснить, над чем мама работала в то время и что за Даурия. Подумал, может, Серафим Маркович что-то знает. В общем, я…
Писатель не успел договорить, так как у столика появилась Майя.
Женщина была в лёгком зелёном платье с открытыми плечами, которое невероятно ей шло. Длинные пышные тёмные распущенные волосы, яркая помада, свежий румянец и цветочный аромат духов — всё это завладело вниманием Филиппа.
— Всем привет, — Майя положила на свободный стул бежевую сумочку и села рядом с писателем.
— О, Майя, добрый день, — Дятловский заулыбался.
— Здравствуй, — кивнул профессор, — я думал, ты не сможешь пообедать.
— Планы поменялись. Как дела? — обратилась женщина к Филиппу.
— Привет. Всё нормально. Как ты?
— Тоже. Порядок. Уже заказали? — Майя покрутила головой, ища официанта. Он, заметив её, тут же подошёл. — Мне, пожалуйста, зелёный салат и кофе.
— Филя, так о чём ты хотел рассказать? — напомнил профессор.
Филипп, продолжая смотреть на Майю и наслаждаясь её присутствием, не обратил внимания на вопрос дяди. Он давно не видел женщину, с которой у него когда-то случился бурный роман. Они расстались по его инициативе много лет назад, но потом писатель неоднократно делал попытки вернуть Майю в свою жизнь, однако не сложилось. Женщина дала понять, что оставила их историю в прошлом, но тем не менее продолжала с удовольствием общаться, что было немного болезненно для писателя. Она всё ещё нравилась Филиппу, даже очень! Конечно, он давно оставил надежду, что Майя захочет возобновить общение, но считал её близким и дорогим человеком.
— Филя? — окликнул его профессор.
— Да. Хм. Так вот. Про фото.
— Какое фото? — живо отреагировала Майя.
— Я нашёл на даче старый снимок мамы. Там она с каким-то Мироном в Даурии десять лет назад.
— Правда? — Майя помнила события, случившиеся с матерью Филиппа. В тот год молодые люди только расстались, и девушка болезненно переживала разрыв. Но взяла себя в руки, приняла ситуацию как должное, заставила себя забыть о чувствах и поддержала Смирнова в тяжёлый для него момент.
— Короче, я решил узнать, над чем мама работала. Серафим Маркович дал мне контакт в редакции «АИФ». — На этих словах Дятловский закивал. — Я сходил туда, поговорил с её коллегами, в общем, выяснилось, что мама и ещё один журналист занимались темой монголов, поэтому поехали в Забайкальский край, в Даурию.
— Монголы? — удивилась Майя. — А почему Забайкальский край?
— Даурия находится на стыке границы с Китаем и Монголией, возможно, это как-то связано, пока не знаю. Но, что интересно, я также поговорил с женой того журналиста, который ездил с мамой, его звали Борис Осипов. Он погиб, как и мама, сразу по возвращении из Даурии.
— Вот так история! — прокомментировал Дятловский.
Пётр Иванович и Майя внимательно смотрели на писателя.
— Что ты хочешь этим сказать? — серьёзным тоном спросил профессор.
— Я пока не уверен, но разве вам не кажется, что это странно? Двое журналистов возвращаются из Даурии — и оба погибают.
— Филя, — вздохнул профессор, — Соня попала в автомобильную аварию. Тут нет странности. Просто несчастный случай.
— Да, я знаю, но…
— А что случилось с этим Осиповым? — поинтересовалась Майя.
— Он покончил с собой.
— Тем более, — добавил профессор, — такое случается. Такова жизнь. Люди совершают подобные поступки, увы.
— Да, Филипп, почему ты решил, что эти случаи чем-то необычны? Как это может быть связано с Даурией? — решил уточнить Серафим Маркович.
— Не знаю, не знаю… — писатель глотнул кофе, принесённый официантом. Похоже, никто не хотел копаться в прошлом и не видел в событиях ничего странного, но сам Филипп не хотел игнорировать интуицию.
— Ты просто хочешь найти объяснение тому, что тебя до сих пор беспокоит. Но это не способ, — Майя положила руку на плечо писателя.
— Дело не в этом, — нахмурившись, сказал Филипп. — Жена Осипова отдала мне коробку с вещами Бориса, которые он привёз из Даурии. Хочу прочесть его записи.
— В них то, над чем они с твоей мамой работали? — Дятловский выглядел заинтересованным рассказом писателя.
— Думаю, да. И среди вещей было кольцо.
— Кольцо? — профессор поправил очки.
Филипп достал из рюкзака коробочку и показал перстень.
— Хм. Похоже, оно с рубином, — предположила Майя. — Чьё оно?
— Не знаю. Но я выясню.
— Поедешь в Даурию? — догадалась Майя.
— Да.
Профессор вздохнул.
— Ты, конечно, можешь делать что хочешь, но мне кажется, это пустая трата времени.
— Почему это? — возмутился Филипп.
— Потому что прошло десять лет! Ну поедешь ты в эту Даурию, выяснишь что-то. А дальше?
— Возможно, мама искала сенсацию. Коллеги сказали, что она ни с кем не делилась сюжетом статьи, но была взволнована. А что, если они с Борисом там нашли новые сведения о Монгольской империи?
— Какие новые сведения? Всё давно известно. История Монгольской империи исследована вдоль и поперёк. Там нет белых пятен, нет загадок. Филя, ну в самом деле! Займись лучше книгой.
