— Бомба — тоже машина, но на ней на дачу не съездишь, — ответил отец Савва.
— Что есть богословие? — говорил он. — Сосуд с драгоценными камнями. Так их размести или так — все одно сосуд с драгоценными камнями, где сам сосуд Священное Писание, а камни — опыты Святого Предания. На момент перекладки камней в сосуд часть камней остается на руках. Секунды. Но их вполне хватает на ереси. Лучше и не ворошить без особой надобности.
— Брат мой возлюбленный, — ответил ему отец Савва. — Есть только одна истинно христианская партия — оное же — Православная Церковь, все остальное повод случайных людей получать зарплату за чужой труд.
— Вы не патриот! Родина гибнет! — возмутился поэт.
— Моя — нет, — крякнул монах, — а твоя давно в руинах, если ей еще одна партия нужна. Устроился бы ты, брат, на работу и в водке ограничился.
— На что же вас благословить, ваше преосвященство? — спросил отец Савва, упаковывая в багажник архиерейского автомобиля баночки варенья собственной консервации.
— На что благословишь, на то и благословляй, отче честный, — припал к его руке тот.
— Не носи белые носки под фасонную обувь, — благословил отец Савва, заплакал и как-то совсем по-отечески поцеловал архиерея в обе щеки.
— Скажите, — вопросил отца Савву молодой послушник, — можно ли спастись?
— Практически невозможно, — ответил тот, — но стоит попробовать.
— С чего же начать? — продолжил расспросы тот.
— Позвони маме, — посоветовал отец Савва и признался: — К сожалению, такая возможность мне самому представляется нечасто.
