Духовные упражнения полностью

— Сегодня у меня убили сына! Тот, кто это сделал, где-то рядом и, может, даже слышит меня в эту минуту. Хочу ему сказать: сынок! я знаю, как тебе тяжело, с каким грузом на сердце ты ходишь, и я хочу, чтобы ты знал: я тебя прощаю!

Что бы вы почувствовали, окажись в этот миг перед экраном? Совсем других слов ожидал зритель, и даже ведущий не был готов к такому повороту: взрослый мужчина, опытный журналист, он расплакался прямо перед камерой, причитая: «Что за люди эти христиане? Откуда в них столько доброты?»

Когда мы сами свидетельствуем о своей вере, это красиво и достойно.

Когда о нашей вере свидетельствуют люди внешние, свидетельство обретает небывалый вес.

Исламского журналиста поразила эта неземная доброта и милосердие, которое невозможно, неестественно для обычной земной женщины, и только христиане, настоящие ученики Христа, способны нести такое всесокрушающее свидетельство.

Нас окружает такое облако слов, идей, образов, что порой и не пробиться сквозь него, чтобы понять, за кем идти. Вот в такие времена нужны свидетели подлинного христианства, апостолы доброты и всепрощения. А если нет живых свидетелей, у нас есть Крест, на котором распят Тот, Кто ради любви к людям пролил Свою кровь.

Христос умирал на Кресте не только ради будущих апостолов, святых и прозорливцев, составивших славу Церкви. Он отдал Себя на смерть и за тех, кто обрек Его на казнь, кто плевал Ему в лицо и с детской тщательностью подбирал самый колючий терновник для венка Осужденного. Милосердие Бога — для всех! Это и есть путь подлинного христианства, по которому вслед за Христом идут Его ученики.

Царица Небесная — самый первый апостол Доброты, и каждый христианин очень ясно чувствует Ее апостольское свидетельство. Может быть, поэтому на Руси так почитаем этот странный, нам самим непонятный праздник — Покров Богородицы.

— Разве нам так дорога память избавления далекого и полумифического Константинополя от нашествия захватчиков?

— Вовсе нет! Что нам до военной истории Средневековья!

— Неужели мы так почитаем святого Андрея, чтобы каждый год вспоминать его видение?

— Что вы! У нас есть более чтимые имена!

Так в чем же дело? Я думаю, сам образ Покрова есть величайшее откровение, икона, которая без слов, священным языком искусства, говорит больше, чем любые самые правильные слова. И эта проповедь доходит до самых потаенных глубин сердца. Посмотрите на икону.

Вот дьякон стоит на амвоне греческой церкви.

Вот император и его двор склонились в молитве перед алтарем.

Вот юродивый показывает мальчику на то, что в этот момент происходит в Небесной Церкви: Царица Ангелов простирает Свой покров над всеми молящимися.

— Почему из всей истории наши предки запомнили лишь слово «покров»?

— Потому что он протянут над всеми!

В те времена практически все граждане империи были прихожанами церкви, не было нецерковных людей. Скажите: все эти люди были достойными, праведными, благочестивыми? Никто не изменял женам, не избивал детей, не брал взяток, не издевался над слабыми, не отбирал последнее у вдов и сирот? Память православной Византии полна ужасов беззаконий, и царский двор по жестокости мог поспорить с вертепом разбойников, и в этот день в храме стояли не только праведники.

Царица Небесная простирает Свой покров над всеми. Можно было собрать только непорочных и аскетов, логичнее было бы заступиться за людей святых или хотя бы приличных. Матерь Божия жалеет всех и добра желает каждому, пусть он и последний злодей.

Найдется ли смелый художник, который дополнит икону Покрова фигурами Пилата, Иуды, римских насмешников и иудейских истязателей, за которых — я верю и знаю! — воистину по-матерински болело сердце Царицы Небесной? А ведь это и есть тот беспредельный предел доброты, к которому и призывает нас Евангелие.

Богоматерь — первый апостол Доброты, первый свидетель милосердия! Поэтому не случайно силуэт Богоматери, простирающей Свой покров над людьми, так напоминает Крест. Верность Христу — это верность пути доброты и милосердия ко всякому человеку. Верность до смерти.

— Нет, это нечто невместимое! Какое-то неслыханное юродство и безумие! Как можно не только прощать убийц сына, но и от всего сердца желать им добра, искренне сочувствовать их утратам?

— Но это и есть учение Христа. У христиан нет права на ненависть. Поэтому самая простая версия христианского служения — приумножай доброту в мире, а если не можешь, хотя бы не умножай зло на земле, так тоскующей по доброте и нежности.

Не надо удивляться, что таких, как я, не пускают в календарную комиссию. Во-первых, у меня плохо с цифрами. Во-вторых, мне трудно скрыть личную заинтересованность. Одним словом, я собираюсь протащить в наш месяцеслов новый праздник и отмечать его с самым неистовым размахом. И этим днем пусть будет Шестое октября — День Раненого — праздник, главным образом, городской, но охватывающий все новые слои и социальные группы.

— День Раненого? Это про ветеранов?