Всю дорогу до отеля говорим с ним по телефону. Он мне рассказывает какое фото ему больше понравилось. Просит ему прислать в хорошем качестве, смеется, мол, его тоже на доску почета повесит. Мой негатив по поводу поступка Кира слегка утихает. Сам того не ведая, папа в точку попал своим рассказом. Спас не одну, а сразу две жизни.
Глава 91
Вернувшись в номер и совершив гигиенические процедуры в постель забираюсь, предварительно достав из шкафа одеяло потеплей. Потряхивает. Мы с папой всегда так, долго и муторно темы подобные не обсуждаем. Он дает мне время подумать, самой разобраться в чувствах. Позднее, если будет нужно, обсудим.
Мне не верится. Не верится в то, что он мог оставить маму надолго одну. В долгие командировки она всегда с ним летает. Всё свободное время, пусть его и не много, они проводят вдвоем. Последние годы, как Маркуша подрос стали путешествовать. Не прости она его, этого не было бы?
За этими мыслями я не только о косяке Кира забываю, но и засыпаю благополучно. Но ненадолго. Человек — косяпор за плечо меня среди ночи трепать начинает, так и выпрашивает. Отмахиваюсь от него и на другой бок переворачиваюсь. Будя меня среди ночи, не стоит ожидать приветливости.
Кровать прогибается, он рядом ложится, обнимает меня через одеяло.
— Не вырывайся. Ты же знаешь, я без разрешения тебя не трону. Я соскучился. Зря ты не пошла, было весело.
Сквозь сон слова не совсем разбираю и тем более не понимаю их смысла.
Проснувшись утром, его руку так и ощущаю на себе, хочу скинуть, но он удерживает.
— Ты как себя чувствуешь? Рано легла вчера, в одеяло по самую голову замоталась. Доброе утро, Алён, — Кир руку мне на голову перемещает, можно подумать он что — то поймет.
— Доброе. Я здорова. И легла я не рано. Это ты поздно пришел. Групповушку там затевали?! — бросаю без задней мысли.
Встаю с кровати и оборачиваюсь. Выглядит он так, словно спалился с поличным.
— Боже, Кир! Я пошутила. Если даже и так, то знать я этого не хочу. Можешь выдохнуть.
Не с первого раза получается в тапок ногой попасть. Я бы ещё поспала, но мы на экскурсию обзорную собирались.
— Вечером пойдешь со мной. Я с парнями тебя познакомлю. Двух ты в Москве после матча еже видела.
Да? Может и видела. Передергиваю плечами, мол, я не против.
— Пофоткаемся все вместе, в сотсети выложим! — произношу с энтузиазмом. В этот момент волосы в хвост собираю, смотрю на Кира через огромное настенное зеркало. Краска с его лица сходит. Пытается оценить степень катастрофы. — Не переживай там. Чисто теоритически, со мной можно было договориться. Я бы, возможно, согласилась. Больше так не делай.
Мелкий лицо ладонями растирает, на подушку откидывается.
— Блд. Алён, извини. Просто ты на них головокружительно, бесподобно, восхитительно…
— Остановись, — перебиваю его. — Я посыл поняла.
— На память оставил.
— Я моё время, для памяти распечатывали и в альбом вставляли, — причитаю, намеренно делая голос противнее.
— Я знаю. Мама твоя мне показывала ваши с сестрой детские снимки, ты уже тогда была кайфовой, — Кир подходит и со спины обнимает. — Я даже парочку сфоткал себе, — смеется под мой закат глаз.
Обзорная экскурсия на вертолете проходит чудесно. С высоты остров выглядит тоже невообразимо роскошно, буйство зелени, в окантовке из песка белоснежного. Улетать совершенно не хочется.
После, на взятой в аренду моторашке, приличнее назвать это средство передвижения язык не повернется, Кир везет меня на рыбный рынок. Всю дорогу сижу, крепко обхватив его со спины и лицом в шею уткнувшись. Жмурюсь, что есть мочи, пока засранцу этому весело.
В Маниле был коллапс на дороге, потому что быки шли по ней преспокойно прямо рядом с машинами. Здесь с этим проще, транспорта мало, но он в таком состоянии жутком, при том, что скорость развивает приличную.
— Кир! Обратно я пешком пойду! — просто брррр.
Он кладет руки на обе мои коленки, сдавливает их, затем гладит. Я так и сижу, лбом к его спине прижимаюсь.
— Алёна Богдановна, да Вы трусиха! — Глупый гремлин глумится! — Это сенсация!
— Много есть не буду сегодня, — игнорирую его выпад. — А — то на обратном пути не смогу уговорит свой желудок сдержаться.
Естественно это фигня всё. Сдержаться я не могу. Упоительно вкусно. Напоминание о том, что чревоугодие — грех, здесь не работают.
Задобрив, Кир тащит меня на посиделки с друзьями. Чтобы понять интересно ли мне, скажу — Кирилл среди них самый старший, остальные парны на год — два младше него. Девчонкам и вовсе двадцати нет.
Терпимее, Лёна. Терпимее.
— Мы с Бали из — за бешенства улетели! — активно жестикулируя руками, возмущенно вещает одна из представительниц прекрасного пола. — Вы себе представляете? — переводит взгляд с меня на Кирилла. — Такие деньги берут и не проверяют даже посетителей своих.
Хочется сказать — датыче. Усаживаюсь удобннее, сейчас будет краткий экскурс от Ангелины в мир опасных болезней.
— А вдруг заразиться успели? — пораженно головой качаю. — Оно очень опасно.
— А как понять? — внимание девушка на мне концентрирует.
