— Как же больно должно быть было, — невыносимо. Основным симптомом мочекаменной болезни является боль, и постоянная и в процессе мочеиспускания, наличие примесей крови в моче. В зависимости от размера камня симптоматика боль может иметь разный характер, но при таких размерах как тут… она явно адская.
— Зря переодевалась, я бы и сам мог. Скоро голыми руками работать начнешь.
Из — за аллергии мне приходится заказывать себе специальные перчатки, которые раздражения не вызывают. Достать их сложно, последний раз из Калининграда привезла, но от других у меня по рукам ползут красные пятна, которые нестерпимо чешутся.
— Больше килограмма, Толяш! С ума сойти можно, — у меня самой холодок по позвоночнику пробегает. Для камней размеры чудовищные. — Он кровью мочился?
— И к врачу не обращался, — пожимает плечами. — Жил, страдал и умер.
Люди вообще боятся к врачам обращаться, а встретившись несколько раз с равнодушием и вовсе, зачастую, самолечением начинают заниматься. Как итог — диагноз точный им ставят только у нас.
— Корни имбиря по форме напоминают, — беру снова в руки. — Да и по весу схожи.
— Умеешь ты подбодрить перед обедом, Алён.
Глава 65
Всю дорогу до больницы болтаю с Натой по телефону, вернее она меня отчитывает. Я совсем от рук отбилась. Все меня потеряли. Забыли как я выгляжу.
Пообещала ей, что подберу препарат подходящий, а то что-то рано у них склероз проявляться начал. Прощаюсь с подругой уже стоя на парковке больницы областной. Очень тут интересно. Рассматриваю «Крузак» Костин.
Ну, что, Алёна, тебя что в первый раз обманывают? Нет, но всё равно неприятно.
Входя в помещение, тянусь рукой к дужке очков, но снять не успеваю. Растерянный Константин Павлович это нечто, оно явно того стоило. Не ожидал? Ему требуется пара секунд чтоб вернуть лицу привычный непроницаемый вид. Стоит в компании двух мужчин, видимо, врачи, которых я не знаю, и молоденькой девушки. Бедняжка от Кости глаз не отводит, стоит с запрокинутой к верху головой, разница в росте у них больше тридцати сантиметров.
Уголки губ сами собой вверх ползут. Усмехаюсь.
— Алёнка, — сзади на талию ложатся чужие руки мужские. — Увидел головку блондинистую и мимо пройти не смог, — Привет, деточка.
Оборачиваюсь и вижу Дмитрия Александровича. Врач — хирург высшей категории из отделения гнойной хирургии. К вам — то мне и надо.
Дима мегакрутой парень. Веселый, жизнерадостный, с потрясающей энергетикой и открытой, лучезарной улыбкой. Его не портит даже легкий избыточный вес. А еще он коллекционирует модельки мотоциклов, знаю что ценная информация.
— Я как раз к вам. Привет, Димуль, — протягиваю ему руку, но он, ожидаемо, игнорируя мой жест, тянется чмокнуть в щеку.
— Прости, вижу тебя и не могу устоять, — с веселыми нотками в голосе оправдывается.
По утверждению его жены — их брак держится на моем благоразумии.
К моменту нашего знакомства они уже несколько лет были женаты. В том что Дима обожает свою супругу, сомнений не возникает. Это общеизвестный факт. Но пошутить они любят оба.
— Чудесно, провожу тебя к нам, — берет меня под руку. — А там подумаю, выпускать или нет, — через пару секунд добавляет. — Естественно, нет, — смеется так заразительно, что устоять невозможно.
Мимо Кости и его компании так и проходим вместе, под руку. Хватка у Димы стальная, рукой его предплечье поглаживаю. От чего этот смутьян помурлыкивать начинает. Боже, как же классно находиться рядом со свободными от рамок людьми.
Киваю Косте в ответ на его приветствие почти что не глядя. Жди, конечно, так я и буду узнавать, почему ты меня обманывал неизвестно сколько времени.
Полтора часа уходит на решение рабочих вопросов. Случай интересный, помогает отвлечь от мыслей о Косте. Но не до конца.
С детства папа объяснял, почему обманывать — это плохо. И о последствиях тоже. Ложь разрушает самую великую ценность между людьми — веру, и восстановить её, зачастую, не удается. Вот и сейчас, мне даже не хочется искать ему оправданий, надо будет, сам постарается.
— Алён, — да ну надо же. Дождался, почти на том же месте стоит. — Остановись, пожалуйста.
Слегка наклоняю голову, зажмуриваюсь на секунду. Держать лицо надо. Оборачиваюсь, вскинув голову.
— Что-то срочное? Мне еще в Центр надо заехать, а рабочий день скоро закончится.
— Задерживаться на работе тебе не впервой. Удели мне, пожалуйста, несколько минут, — кивает в сторону оконного проема, который немного прикрыт от взглядом окружающих огромным цветком.
До точки добираемся в молчании. Только цокот своих каблуков слышу в этот момент, считаю шаги.
Подойдя к окну ловлю его взгляд, мол, я готова, начинай вещать.
— Я объясню, — его банальная фраза смешок вырывает из меня. — Блд, ну чего ты?
— Не матерись в моем присутствии.
— Ты серьёзно? — намекает на то, что я сама — то базар зачастую не отфильтровываю.
— Серьёзно. Пздц, как не люблю, когда при мне матерятся, — говорить выходит спокойно.
Костя прикрывает глаза и сжав переносицу большим и указательным пальцами, качает головой.
— Ты невозможная, вздыхает. — Алён, моя просьба. Она в силе. Тебе надо уехать. Всего несколько дней.
