Но Гарри медлил. Хагрид шагнул к нему, намереваясь увести, и тут, к величайшему удивлению всех присутствующих и даже самого Дурсли, гиппогриф согнул когтистые передние ноги и склонил шею в несомненном поклоне.
— Што ж… — казалось, гигант не поверил произошедшему, — тогда можешь его погладить. Давай, коснись его клюва.
Мальчик, не сдержав улыбку, подошёл к гиппогрифу. Он очень осторожно гладил остроклювую голову и шептал: «Спасибо, Клювокрыл, спасибо», а гиппогриф замер и прикрыл глаза, как будто всё понимал. Все ребята зааплодировали, даже слизеринцы, но Гарри, казалось, не замечал этого.
— Ну, кто ещё желает попробовать? — сказал тем временем Хагрид, и остальные ребята поспешили перелезть в загон.
Учитель отвязывал и подводил к ним гиппогрифов одного за одним, и вскоре повсюду виднелись опасливо кланяющиеся ученики. Рон поспешно отбежал от крупного угольно-чёрного зверя, который никак не собирался кланяться в ответ. Невилл довольно улыбался и поглаживал по клюву стройного светло-серого гиппогрифа, который поклонился мальчику едва ли не сразу как тот выпрямился. Гарри всё не отходил от Клювокрыла.
— Хагрид, — позвал мальчик.
Гигант глянул на него и нахмурился:
— Ваще-то, я профессор Хагрид, мистер Дурсли. Или сэр.
Гарри вздрогнул.
— Извините. Профессор. А можно я покатаюсь на нём? На Клювокрыле?
— Не думаю, што это хорошая мысль, Гарри. Ежели гиппогриф поклонился тебе, дак это не значит, што он твой слуга… или там приятель. Ваще-то гиппогрифы, они ведь не лошади, они дикие звери, так што, отойди-ка от него и дай кому-нить ещё погладить… Вот Вы, мистер Малфой, кажется, ещё не пробовали. Подойдите-ка сюда.
Драко, ещё более бледный, чем обычно, медленно подошёл к преподавателю.
— Давай, поклонись ему.
Гарри отошёл и встал рядом с Хагридом, настороженно наблюдая за слизеринцем. Тот уставился на гиппогрифа, а Клювокрыл помотал головой и взрыл огромными когтями землю. Малфой сглотнул, быстро посмотрел на Гарри, — тот успел заметить, как от страха его светлые глаза стали почти чёрными, — но тут же шагнул к опасному зверю и быстро, очень быстро, поклонился. Все замерли: Хагрид нервно закусил толстый палец, Гарри вообще затаил дыхание, Драко зажмурился, Клювокрыл сверлил его полыхающим взглядом. Ученики неподалёку также с интересом наблюдали, поклонится ли зверь. Да, гиппогриф поклонился, едва не коснувшись клювом травы. Учитель шумно перевёл дух, Гарри посмотрел на Драко и ободряюще улыбнулся, тот быстро взглянул на гриффиндорца — и слабая ответная улыбка скользнула по его губам. Мальчик метнул вопросительный взгляд на Хагрида, тот пробасил:
— Да, Драко, подойди, погладь его.
========== Не всегда получаешь то, что ожидал ==========
На первой же неделе учёбы Гарри Дурсли убедился, что Рон был прав: учителя считали его средненьким, если не сказать слабым, учеником. Хотя мальчик и возмутился от такого отношения, он вынужден был признаться себе, что, наверное, неспроста оно сложилось. Теми знаниями, которые всё-таки оставались сейчас в его голове, он был обязан не столько собственному уму и способностям, сколько помощи Гермионы Грэнджер. Это она заставляла его усердно готовиться к Турниру Трёх волшебников, буквально зазубривая заклинания, и многое из того до сих пор впечаталось в его память. Тем не менее, сейчас Гермионы рядом не было, и Гарри вынужден был учить все предметы самостоятельно, чтобы доказать всем, а в первую очередь, себе… да и Рону с Невиллом, что он не «тупой как тролль». Но дело продвигалось туго, и не потому, что Гарри действительно был туповат и ему трудно было заставить себя «вгрызаться» в учебники, а потому, что учителя, за редким исключением, уже составив за предыдущие два курса понятие о способностях мальчика — точнее, об отсутствии способностей — никак не хотели это мнение пересматривать. Так что, Дурсли очень скоро понял, что одним (буквально) взмахом волшебной палочки ему не удастся переменить мнение о себе не только у учеников, но и у профессоров. Делать нечего, и мальчик плёлся в библиотеку восстанавливать знания, поминая вполголоса недобрым словом некстати пропавшую Гермиону и свою собственную несдержанность в желаниях…
…К очередному уроку Зельеварения Гарри готовился очень тщательно: он не только прочитал учебник, но и поискал дополнительный материал о зелье, которое предстояло готовить. Хоть он и хорохорился, заключая пари с Рональдом, но всё же для Гарри выиграть значило немного больше, чем просто получить лучшую, чем у того, оценку.
…Дурсли с независимым видом встал у стола, где Невилл и Рон раскладывали инструменты, готовясь к уроку.
— Ну? Разве мы не меняемся напарниками, Рональд?
Оба мальчика с подозрением глянули на него.
— А ты это серьёзно, что ли, Гарри? — спросил Лонгботтом.
— Почему нет? Или Рональд признаёт, что я готовлю зелья лучше него, или пусть докажет, что я не прав. Спор есть спор.
Уизли покраснел:
— А мне обязательно работать с Малфоем?
— Как хочешь, — пожал плечами Гарри, — напарники могут просто готовить ингредиенты. Можешь и один всё делать.
Рон опасливо покосился на Лонгботтома.
