Невидимый до этого хорек откуда-то достал бумбокс. Обезьяна подала сигнал, и тот включил кнопку на бумбоксе. Из динамиков зазвучала ритмичная музыка — смесь джаза и хип-хопа. Это было настолько неожиданно, что даже свинья, до этого лежавшая в кустах, встала и начала приплясывать.
— Это что за чёрт? — вскрикнул я, пока барсук вновь приготавливал свой торт.
— Танцевальная битва, приятель, — пояснил Ястреб, начиная свой медленный, но внушительный танцевальный выход. Его движения были настолько угрожающими, что светлячки начали мигать в такт. Он плохо слышал… и ритм его был сбитым.
Орел, явно в шоке, сделал несколько неловких шагов в ритм музыки, пытаясь сохранить свою величественность. Но Ястреб не дал ему расслабиться. Он закружился в воздухе, исполняя нечто среднее между брейк-дансом и полётом хищной птицы.
Панда, оправившись от удара, подключилась к танцу, делая такие плавные и грациозные движения, что казалось, она выпорхнула из другого фильма. Обезьяна, размахивая своей дубиной, прыгала по веткам, добавляя акробатический элемент.
— А ну-ка, задай ему, Барсук! — выкрикнул кто-то из кустов, где спрятались местные звери, привлечённые светом и музыкой.
Барсук, ухмыляясь, выскочил вперёд и закрутил вокруг Ястреба настоящую мультяшную круговерть из тортов, морковок и фейерверков.
Орел уже начал терять контроль: его крылья сбивались с ритма, а ноги заплетались, когда Джессика с томным взглядом приблизилась ко мне тихо прошептала:
— Ты проиграл, мой кролик
Последним аккордом стал прыжок Ястреба: он взорвался с оглушительным фейерверком, снесшим меня куда-то далеко…
Стрельба не утихала, разрывы эхо катились по парковке, смешиваясь с визгом автомобильных сигнализаций. Порох, ругаясь и задыхаясь от гнева, выпустил ещё одну очередь, разнеся в щепки очередную машину. Он пытался прицелиться в Кимико, но её движения, хотя и замедлившиеся, оставались непростыми для захвата. Француз, перебегая от одной колонны к другой, раз за разом отвлекал внимание Пороха короткими вспышками стрельбы.
Но самый сюрреалистичный элемент хаоса на парковке был одноглазый русский. Он метался, словно персонаж из видеоигры, перескакивая через капоты, укрываясь в выбитых дверях машин, с кем-то разговаривая и, кажется, вообще не замечая, что происходит вокруг.
Вот только его заметил сам Порох.
— Что за херь… — выпустил он в бегающего парня несколько пуль, которые никак не сказались ни на его состоянии, ни на отношении обезумевшего мутанта к окружающей действительности. Одна из них угодила в бензобак…
— Нееет!!! — вдруг закричал Алекс, застыв на месте, и затем, от взрыва машины улетая на нижний уровень парковки.
— … . — проводила Кимико картинно падающую фигуру Алекса удивленным взглядом.
— Нееет!!! — крик мой эхом отразился от стен странного туннеля, в который я проваливался. Всё вокруг закрутилось водоворотом красок, звуков и… запахов. Да-да, запахов! Вихрь пахнул морковным пирогом, гнилыми яблоками и каким-то подозрительно знакомым дымком.
Когда я наконец рухнул на что-то мягкое (и слегка шуршащее, как газета), передо мной возникла крыса в белом халате и огромных очках. Она сидела за микроскопом, что-то бормоча и постукивая по клавиатуре хвостом.
— О, пациент! — сказала крыса, обернувшись ко мне. Её глаза блестели, как у сумасшедшего учёного, а голос был со смутно знакомым акцентом. — Ну что, добрался до самого дна, а? Мы так давно не виделись…
— Где я? Кто вы? Что вообще происходит⁈ — выкрикнул я, пытаясь оттолкнуть от себя кусок старой газеты с заголовком: «Орел — легенда или угроза⁈»
— Ты в моей лаборатории, глупец, — усмехнулась крыса, встав и делая драматический жест лапой. — Доктор Крыс, к твоим услугам. Я тот, кто чинит вашу глупую реальность, пока вы её уничтожаете. Я создаю новых персонажей.
— Реальность? Это всё сон, правда? Пожалуйста, скажите, что это сон! — взмолился я, хватаясь за голову.
Доктор Крыс захихикал, его усы задергались.
— Сон? Ах, ты всё ещё веришь в сны? — Он прищурился. — Добро пожаловать в кроличью нору, парень. Ты теперь часть самой странной войны в истории нашего леса. Но это все не важно… меня заставили убить все мультики. Если ты не сделаешь, что должен — все обречены.
Я заметил, что по всей лаборатории были развешаны схемы и карты. На одной из стен красным маркером было написано: «ЛЕС ДОЛЖЕН УПАСТЬ».
— Послушай, ты должен вытащить меня отсюда, — взмолился я, но крыса только хмыкнула.
— Ты не понял. У тебя миссия. Ты — часть сопротивления. Поработаем вместе? — Доктор Крыс потёр лапы и схватил огромный шприц с синей жидкостью. — Один укол, и ты станешь… как бы это выразиться… мультяшным!
— Что? Никаких уколов! — замахал я руками, но крыса уже двигался ко мне, а я вдруг не мог пошевелить и пальцем.
— Тебе понравится. Она да дает все, плюс способность танцевать с любым противником до их полного морального истощения. — Он зловеще усмехнулся. — Это секретный мультяшный ген! Кровь мультфильма, кровь бога…
