Как только камеры погасли, атмосфера в студии изменилась мгновенно, будто срезали яркий фасад, обнажив ржавые механизмы. Первый с места сорвался Хоумлендер, сорвав с себя микрофон и не обращая внимания на обслуживающий персонал.
— Ты со своей самодеятельностью будешь репортажи из жопы вести! — ведущая, срываясь с места, кинулась прочь, словно пыталась убежать не столько от Эшли, сколько от собственного страха. Но Эшли уже кипела от гнева:
— Пизда ты тупорылая! Стой, куда пошла!
Зал превратился в то еще шоу. Виктория, стоя в стороне, наблюдала за этим спектаклем с легкой, почти ленивой иронией. Ее губы тронула тонкая усмешка. Она знала, что истинное шоу всегда начинается, когда софиты уже погасли.
Дождавшись, пока Хоумлендер выйдет из комнаты, а Эшли увлечется охотой на свою новую жертву, Виктория повернулась к Энни, которая, в свою очередь, поднялась с кресла, будто пытаясь спрятаться в собственной тени.
— У тебя найдется минутка? — голос Виктории был ровным, как будто речь шла о самом обычном предложении выпить кофе.
Энни, не глядя на неё, покачала головой.
— Знаешь, я думаю, что Хоумлендеру сейчас требуется поддержка… — её голос прозвучал так же потухшим, как взгляд, который она бросила на дверь.
— Да ладно тебе, всего пара минут, — Виктория улыбнулась, но в её улыбке сквозило что-то большее, чем дружелюбие. — Чашка кофе никого не убьет…
— Ну так что, ты не видела Хьюи? — спросила Виктория, когда они устроились на диванах в зоне отдыха башни Воут. Комната утопала в мягком свете настольных ламп, их коктейли отражались в стеклянной столешнице. В воздухе витала ненавязчивая музыка, но она никак не смягчала напряжения между собеседницами.
Энни слегка помедлила, склонив голову.
— После того как он сломал руку, я его не видела. Он даже на телефон не отвечает… Мы сейчас не в лучших отношениях, после того как… — её голос дрогнул. Она замялась, будто не решалась произнести последнее слово. — Ну, сама понимаешь. Я и Хоумлендер вместе, и…
— Ой, да брось, — Виктория махнула рукой, сдержанно поморщившись. — Мне можешь не рассказывать. Если это не Стокгольмский синдром, конечно.
Энни вскинула голову, её лицо мгновенно окаменело.
— Что, прости? — спросила она вежливо, но в её тоне чувствовался ледяной укол.
— Я видела то видео, — Виктория произнесла это спокойно, но каждое слово было подобно удару молота. — У тебя там лицо, как у заложницы. Моргни два раза, если это так.
— Я не понимаю, о чём ты, — Энни отвернулась, бросив взгляд на дверь.
— Хоумлендер улетел из здания, можешь чуть-чуть расслабиться, — заметила Виктория, скрестив руки на груди. — И камер здесь нет.
Энни резко повернулась к ней, её взгляд стал холодным, как сталь.
— Всё ещё не понимаю, чего хочет от меня человек, который убрал единственную преграду, мешающую Хоумлендеру захватить власть в Воут.
Виктория медленно наклонилась вперёд, её взгляд был пронизывающим.
— У нас больше общего, чем ты думаешь. У тебя есть Хьюи. У меня есть дочь. И у нас есть общая проблема. Так почему бы нам не объединить усилия?
Секунда тишины повисла между ними, будто невидимая пружина, готовая распрямиться в любую сторону.
— Даже так, у нас не будет никаких шансов, — тихо произнесла Энни, а по щеке у нее скатилась злая слеза. — Он убил Соника на моих глазах. А Мэйв и вовсе…
— Он держит ее ради яйцеклетки, в башне Воут? — удивился я повторению оригинальной истории. — Он что, совсем ебанулся?
Мне и тогда затея казалась крайне странной, а сейчас и вовсе неадекватной. Может быть конечно он действительно к ней что-то там испытывает, у них вроде роман был раньше…
— Я думаю, что он держит ее поближе к себе, чтобы не сбежала, — пожала плечами Виктория. — А насчет последнего, не думаю. У него есть проблемы с самоконтролем, гневом, социопатией, дефицитом внимания, но называть его сумасшедшим я бы не стала.
— Ладно… — помассировал я все еще трещащую голову. — О местоположении Хьюи и Бучера, значит, ничего не известно.
— Если она что-то и знала, то мне не сказала, — пожала плечами конгрессвумен. — И на самом деле, с ее давлением… как бы она не совершила какую-нибудь глупость.
— Главное, чтобы ее не совершила ты, — серьезно поглядел я на напрягшуюся женщину. — У тебя может на миг закрасться мысль отступить от плана, предупредить Хоумлендера, и этим избавиться от меня, получив на какое-то время его лояльность…
— Весьма заманчиво, — фыркнула та. — Особенно с его дальнейшими планами посадить Боба Сингера в президентское кресло…
— Рад, что мы друг друга поняли, — улыбнулся я. — Что еще можешь сказать по ситуации внутри? Что там с Ракетой и Нуаром? Что думает Эдгар…
Мы разговаривали еще около часа, обсуждая детали и разные нюансы плана, возникшего с подачи оригинального сериала. Раз никто не знает, где Бучер и Хьюи находится, кроме, предположительно самой Мэйв, которая явно им помогала с Солдатиком в самом начале — стоит просто освободить «Принцессу» из высокой башни.
