— !!! — ярко прожестикулировала Кимико мысли, которые витали в голове Мэйв. Она тяжело дышала. Бег со сломанными ребрами и рукой не очень сказывался на ее состоянии. Впрочем, она потихоньку восстанавливалась. У нее не было суперрегенерации Кимико, которая срослась буквально из трех половинок. Не было адаптации Алекса. Но ее раны потихоньку затягивались.
— Перпарат один, и он у тебя, — пожала она плечами.
— Я считаю, что… — мрачно произнесла Старлайт, но ее прервали.
— БАМ!!! — жуткий грохот, и сверху на них полетели обломки лестничного пролета, через которые пролетело тело Алекса.
— Туда! — рванула наверх Мэйв, понимая, что судя по его виду, он так долго не протянет.
— Вот и всё, Иван, — ухмыльнулся он. — Ты был хорош. Но недостаточно.
Кровь текла по моему лицу. Я наносил удар за ударом головой в лицо Солдатика, но тот лишь жутко ухмылялся, удерживая меня обеими руками. Оба мои глаза кровоточили от последней атаки. На плазму из глаз сил уже не хватало. А сам столетний супер был гораздо крепче, чем Хоумлэндер, выдерживая мои удары, подставляя под них свой железный лоб.
Одно радовало сердце… Хоумлэндер, дико вопя, валялся в нескольких метрах от нас, возле оконного проема, зажимая себе окровавленную глазницу единственной целой рукой. Именно в нее я устремил свой лазер, пересиливая поток идущий из глаз блондина.
— Да пошел ты… Сука!!! — мои руки хрустнули. Солдатик, с методичностью палача переламывал мне кости на руках, затем технично взял меня в захват, пережимая горло рукой, и усиливая давление.
— За помощь спасибо. Но не стоило тебе влезать… — он обхватил мою голову одной рукой, буквально выкручивая ее из плеч. — Впрочем, не люблю красных.
Я уже не мог даже хрипеть. Просто чувствовал, как ломается шея, повисая только на натянутых связках. Сознание начало ускользать куда-то в темноту…
И тут произошло сразу несколько вещей…
Щелчок, вырывающий меня из тьмы. Противный визжащий звук начал впиливаться мне в уши, вызывая свербение в голове. — БУМ! — взрыв, прямо позади поднял клуб дым. Хватка Солдатика ослабла, и я почувствовал, как с хрустом возвращаются на место шейные позвонки, позволяя пошевелить рукой.
Тело ощущалось странно. Я явно смотрел задом наперед…
— А-а-а-а!!! — еще пуще прежнего заорал Хоумлэндер, пытаясь зажать уши повреждая сломанную руку еще больше.
— НЕ-Е-Е-Т!!! — мощный вопль Солдатика позади, заставил меня развернуться. Со всех сторон в него вцепились Мэйв, Старлайт, Кимико и… Француз. Чертов Француз, который должен был быть мертв, живее всех живых, в идиотском комбезе, прикладывал ко рту начавшего светиться Солдатика респиратор… Они что, нашли Новичок?!
— Я ТУДА НЕ ВЕРНУСЬ!!! — из Солдатика уже начала сочиться какая-то светящаяся херня.
— Ты всех убьешь! — заорала Старлайт, понимая, что тот сейчас взорвется.
— Уходите!!! — оттолкнула Француза и Старлайт Мэйв, удерживая одной рукой мужчину, который уже просто не понимал, где находится, и буквально за шкирку таща его к окну.
— Блять нет! — крикнул уже я, одним рывком, вставляя голову на место, и отталкивая Мэйв.
Хоумлэндер в это время бросил кататься, и начал подниматься с пола. Его единственный глаз наливался алым.
— Какого… — Хоумлэндер опешил, когда я швырнул Солдатика прямо в него. А затем бросился следом, выталкивая за пределы здания.
Блондин, отталкивая своего отца, стрелой вмыл в небо, пронзая облака на сверхзвуковой скорости, вот только…
Я просто не отпустил ни его, ни Солдатика. Отчаянно хватаясь за ногу Хоумлэндера одной рукой, второй я подтягивал к нему его папашу.
Не сразу поняв, что происходит, тот взгялнул вниз. Наши глаза встретились.
— Нет… нет… нет… НЕТ!!!
— Сюрпрайз, мазафака, — ухмыльнулся я.
«Б-У-У-У-М!»
Огненный цветок взорвался в небе, осветив ночное небо над Нью-Йорком.
Громадный, ослепительный всплеск энергии поглотил их троих.
Башня сотряслась от ударной волны, окна в соседних домах выбило, огонь обрушился вниз, обжигая воздух.
Кимико, Старлайт, Мэйв и Француз закрыли головы, пригибаясь за обломками, пока яркий свет не угас.
Затем наступила тишина.
«Для них ты просто псих, как я. Сейчас ты им нужен, а надоешь — они тебя выкинут, как прокажённого. Их принципы, их кодекс — всего лишь слова, забываемые при первой опасности. Они такие, какими мир позволяет им быть».
— Блять…
Я лежал на чем-то твердом. Но сил даже перевернуться не было.
Боль пульсировала в каждой клетке тела, но было что-то страшнее — она начала понемногу утихать. Это никогда не было хорошим знаком.
Издалека доносились звуки сирен, гул голосов, шум машин. Город жил своей жизнью, не зная, что несколько секунд назад над ним прогремела битва, способная стереть его с лица земли. По крайней мере мне хотелось так думать. Спасти мир… это звучит лучше, чем попытка прикончить одну пародию на супермена.
