Последнее, что я видел — вспышка. Затем темнота.
Теперь я здесь. Где здесь?
— Ты…
Хриплый, полумертвый звук слева заставил меня повернуть голову — или, скорее, просто дать ей скатиться в сторону.
Рядом, в нескольких сантиметрах, лежал Хоумлэндер. Я бы отшатнулся если бы мог. Но так… просто чуть дернулся. Впрочем, по-видимому, я все-таки это сделал… Лишил его способностей.
Лицо блондина представляло собой мешанину из крови, грязи и ошметков кожи. Единственный глаз, заплывший, залитый лопнувшими сосудами, уставился на меня.
— Грёбаный… русский… — его голос был почти шепотом, с хрипом и надрывом, но ненависть в нем осталась прежней. — Что ты… наделал…
Я с трудом пошевелил языком, ощущая вкус собственной крови.
— Вернул… должок… — пробормотал я. — Не до конца, конечно, но ты подожди… Ща передохну немного и… закончу.
Чувствительность медленно возвращалась. Боль есть, особенно в ногах, но пошевелиться я мог, что уже хорошо. Даже смог чуть приподняться.
Хоумлэндер закашлялся, выплевывая темную кровь.
— Всё это… не важно… — прохрипел он обессиленно. — Тебе тоже… конец…
— Да-да, — я всё-таки сумел оттолкнуться рукой от асфальта. — Я уже слышал. Сдохни уже. Или я тебе помогу.
Теперь я мог рассмотреть нас обоих.
Хоумлэндер был сломан.
В прямом смысле. Кости торчали неестественными углами. Одежда пропиталась кровью. Веки дрожали от напряжения, пока он пытался хоть как-то пошевелиться. Лишенное сверхспособностей тело восставало против него. На самом деле, я был удивлен, что он еще мог говорить.
У меня было получше. Совсем чуть-чуть.
Переломы? Да. Внутренние повреждения? Наверняка. Но хотя бы я не выглядел, как тряпичная кукла, через которую пропустили грузовик.
Рядом, вмятый в асфальт, проделавший в нем большую яму, без сознания, но невредимый, лежал Солдатик. Живой, мать его.
— Знаешь… — Хоумлэндер вдруг хрипло рассмеялся. Смех прерывался кашлем, захлёбывался кровью, но всё равно пробирал до костей. — Мы… не так уж… отличаемся… русский…
Я скривился.
— Если хотел что-то сказать перед смертью, мог бы придумать что-то менее пафосное.
Но он меня уже не слышал.
— Я… был бы лучше… — его голос угасал. — Скажи Райану…
Я никогда не узнаю, что он хотел сказать.
Глаз остекленел. Тело обмякло.
И, хорошо, потому что я точно не собирался выполнять его последнюю просьбу. Да и, наверное, не смог бы.
— Пиздец… — я вновь откинулся на асфальт, ощущая, как сознание уходит. Всё, что ли?
Оставался, конечно, ещё Солдатик. Но кто-то другой может с ним разобраться. Хватит с меня.
Я уже представлял себя на пляже. Коктейли. Кокосы. Пенсия по инвалидности. Лишение суперсил же считается инвалидностью?
Темнота вновь затягивала меня…
— Алекс!
Голос вырвал меня обратно. Судя по тряске, меня куда-то несли.
Открыв глаза, я увидел здоровяка Эм-Эма.
— Жив?! Как ты…
— И я рад тебя видеть… — проворчал я, и тут же пожалел. Боль вновь накрыла меня.
Какие-то санитары в масках уже тащили меня на носилки. Видимо, до меня наконец добралась неотложка. Обстановка неулаовимо изменилась. Хоумлэндера и Солдатика уже не было. Все вокруг было оцеплено людьми в форме.
— Как остальные? — спросил я, сквозь сжатые зубы.
— Нормально, — Эм-Эм смотрел на меня ошеломленным взглядом. — Бучера в больницу увезли. Его Хьюи вытащил. Остальные вроде тоже в порядке…
— Ну и заебись… БЛЯТЬ! Поосторожнее!!! — меня пронзила новая вспышка боли, когда санитары неудачно задели мою ногу с открытым переломом.
— Ты как вообще? — осторожно спросил он.
— Тупой, блять, вопрос… — выдохнул я. — Охуенчик. Будет гораздо лучше, когда мне на карту упадёт пару миллионов за спасение мира… Можно налом.
Эм-Эм усмехнулся.
— На счёт миллионов не знаю… Но обещаю что-нибудь придумать. Хотя бы сделать так, чтобы вас с Бучером не посадили… или не грохнули.
Я нахмурился. Об этом я как-то не подумал… Черт.
— Ну ты уж постарайся там, — пробормотал я. - Защита свидетелей, все дела…
Без суперсил меня действительно могли легко убрать. Воут, например… Или оставшиеся бандосы Нины, если они вкурсе кто убрал их мамку. Впрочем, теперь можно и еще чутка бабок у Виктории отжать да рвануть на юга. Да и у меня был запасной план, заключающийся в припрятанной сыворотке Ви.
Принимать ее или нет, это конечно вопрос… Не хотелось бы откинуться вот так, после всего. Но должно же мне хоть раз повезти, верно?
Меня наконец погрузили в машину.
— Ладно, отдыхай, Герой, — сказал Эм-Эм. — Навещу тебя, как будет время…
— Ага… бывай… — вяло махнул я рукой. Сознание уже немного плыло…
Дверь захлопнулась.
Я остался в кузове медицинского авто. Санитары возились с препаратами. Машина тронулась.
— Сейчас мы введём обезболивающее, — один из них наклонился ко мне, доставая шприц и баночку с неприметной этикеткой.
Я усмехнулся. В кои то веки, можно воспользоваться нормальным человеческим обезболивающим…
— Ну что, доктора… жить буду? — спросил я в шутку.
— Да, — пожал плечами мужчина, ответив не очень многословно.
— А что это вообще за обезбол? — я попытался разглядеть этикетку, но тот как-то быстро убрал ее вниз.
— Не волнуйтесь, обычный анальгетик, — ответил он, пытаясь взять мою руку.
