Рут поначалу решила, что дочь мертва, вспомнила, как та в детстве ковыляла по дому на маленьких пухлых ножонках и тянулась к матери, чтобы та взяла ее на руки. Он все-таки убил ее, подумала Рут. Но потом учуяла в душной комнате запах секса, заметила, что дочь не только дышит, но и негромко похрапывает. На тумбочке возле кровати стояла пустая бутылка “Сазерн комфорт”[41], любимого пойла Роя. Рут включила ослепительный верхний свет и с силой пнула матрас.
– Что? – Джейни резко села в кровати и, прищурясь, уставилась на мать. – Бля.
– Что он здесь делает? – Рут указала блестящей лопаткой на Роя, который, налив себе стакан воды, вернулся в спальню.
Джейни посмотрела на него и со стоном произнесла:
– Мам, ну не начинай. – Джейни спряталась под одеяло, натянула его до груди. – Я тебя предупреждаю, окей? Не надо.
– Поздно. Я уже начала.
Рой большим пальцем ловко поддел колпачок пузырька с прописанными ему таблетками, вытряхнул капсулу на ладонь, проглотил и, мерно двигая кадыком, запил целым стаканом воды.
– Ему надо было где-то переночевать, ясно?
– В “Армз” никого не пускают, пока не найдут змею, – пояснил Рой и рассеянно обвел глазами комнату в поисках места, куда бы поставить стакан.
– Я не с тобой разговариваю, – отрезала Рут. – Я разговариваю со своей идиоткой-дочкой.
– Ну конечно, – ответила Джейни. – Я дура. Ты умная, а я дура.
– А как еще это назвать? Ты обратилась в суд, получила бумагу, запрещающую этому человеку приближаться к тебе, и после этого приводишь его в свою спальню?
– Именно так, ма. Я его привела, – запальчиво проговорила Джейни. – И знаешь что? Я еще и переспала с ним.
– Точно, – подхватил Рой. – Как в старые добрые времена, да, детка?
Рут повернулась к нему:
– В какие именно, Рой? Когда ты врезал ей по лицу? Когда ты бил ее головой об стену и устроил ей сотрясение мозга? Ты об этих временах говоришь?
Рой пропустил слова тещи мимо ушей.
– Скажи ей, – попросил он Джейни.
Та массировала виски, одеяло сползло, обнажив ее грудь.
– Что сказать, Рой?
– Сама знаешь. Что мы теперь будем вместе. Снова будем семьей, как раньше, только лучше.
Джейни уставилась на него с откровенным недоумением.
– Ты полный дебил, что ли? Не будем мы вместе, еще не хватало.
– А ночью ты пела другую песенку, девочка. Или уже забыла?
– Я всего лишь сказала, что секс был классный. Мне хотелось трахаться, ясно?
– Вот видишь. То ли еще будет!
Джейни бросила на Роя изумленный взгляд и сказала матери:
– Ладно, хорошо. Я сделала глупость, не стоило его пускать, но ты же знаешь, как я боюсь молний.
– Молний, – повторила Рут. – Этот человек избил тебя до полусмерти…
– Это все в прошлом. – Рой почесался пониже пояса джинсов и уставился на свои ногти.
– Ты заметила, – продолжала Рут, обращаясь к Джейни, – как он сжал кулаки, когда ты сейчас на него огрызнулась? Заметила? Думаешь, он действительно впредь не поднимет на тебя руку потому лишь, что он так сказал? В прошлый раз ты три дня провалялась в больнице. И после этого ты боишься
– Люди же не выбирают, чего именно они боятся, – ответила Джейни, но слова Рут явно подействовали на нее. То ли Джейни и впрямь заметила, как Рой сжал кулак, то ли поверила, что это увидела мать. – И в этот раз он меня не бил. Ты и сама видишь.
– Это вовсе не значит, что он никогда больше этого не сделает.
– Это все в прошлом, – повторил Рой свою новую мантру, хоть и стиснул кулак. – Правда-правда.
– Это было в последний раз, – пояснила Джейни, явно имея в виду секс, а не побои. – И он это понимает.
– А вот тут ты ошибаешься, девочка. Ничего я не понимаю.
– Значит, ты полный дебил.
– Как ты меня назвала?
– Проваливай, Рой, – вмешалась Рут, – пока мы не вызвали копов.
– И кто же их вызовет? – уточнил Рой. – Вы? Или она?
Рут вспомнила, что внучка осталась в закусочной, слышала каждое слово и сейчас, несомненно, забилась куда-нибудь в уголок, как в детстве, когда эти двое сперва орали друг на друга, а потом дрались.
– Уходи, Рой. А то хуже будет.
– Я-то чем виноват? Сами такую хамку воспитали.
Рут двинулась на Роя, но тот не тронулся с места.
– Дай пройти, – сказала Рут.
И в следующий миг очутилась на полу. Рут, моргая, смотрела на Роя, во рту у нее был солоноватый привкус. Джейни заверещала.
– Вот так-то, – довольно проговорил Рой, будто выиграл спор.
Как Рут ни пыталась, у нее толком не получалось собрать в единое целое детали происходящего. Рой возвышался над ней, правый кулак его был окровавлен. Он ударил меня стаканом, сообразила Рут. На коленях у нее лежал большой кровавый осколок.
– Ну и кто теперь виноват, а, ма? – спрашивал Рой, голос его доносился откуда-то издалека. – Скажите мне.
– Мамочка! – верещала Джейни, и голос ее казался еще более далеким. – Рой, не надо!
Рут с трудом поднялась на колени, но Рой снова ударил ее, на этот раз кулаком. Рут затылком врезалась в стену, больно почти не было, а вот грохот, точно от взрыва, ее напугал.
