Дом, который купил Майлз Андерсон, занимал юго-западный угол перекрестка. Это был самый большой дом на Верхней Главной, трехэтажный кирпичный особняк с двумя террасками-башенками на крыше и широкой верандой вокруг дома, смотревшей и на Главную, и на Баудон-стрит. Прежде дом принадлежал престарелой вдове, но два года назад, после того как во время печально известного ледяного дождя на крышу упала огромная ветка с одного из вековых вязов Верхней Главной, старушка со страху перебралась в дом престарелых. С той поры особняк пустовал. Салли не помнил, чтобы видел здесь табличку “ПРОДАЕТСЯ”, но он редко ходил в эту сторону, так что, возможно, табличка была.
– Вот бы я мог себе позволить такой классный огроменный дом, – сказал Руб, когда они с Салли сидели у тротуара в “эль камино”, дожидаясь Майлза Андерсона. Тот опаздывал уже на пятнадцать минут, а Руб плохо переносил безделье, за которое ему не платили.
– Не великоват для вас с Бутси? – спросил Салли, гадая, зачем вообще нужна такая махина, чем ее заполнить. Хотя, пожалуй, Бутси справилась бы, одна из немногих.
Бутси каждый день воровала что-то в “Вулворте”, где работала, и тащила домой, их жилище уже ломилось от барахла. Проще всего было красть из “Вулворта” золотых рыбок, у Руба и Бутси стоял аквариум, где этих рыбок было столько, что они не могли повернуться, не врезавшись друг в друга. Мутная вода, в которой они кишели, из-за рыбьего корма всегда была бурого цвета. В таких условиях рыбки дохли почти так же быстро, как Бусти прятала в свои просторные карманы наполненные водой пакеты с новыми рыбками. Воровала она и то, что не влезало в карманы. Как-то раз ухитрилась притащить домой картину размером с диван – Атлантический океан на закате, бурные бирюзово-рыжие волны. Ни Бутси, ни Руб в глаза не видели Атлантического океана и не могли судить, насколько эта марина реалистична.
– Я бы поселился вон там. – Руб указал на комнату под карнизом, где высилась большая из двух террасок. – Выходил бы на этот балкончик и стоял там.
– Выходил бы, почему нет. – Салли попытался представить Руба на этой терраске.
– Жаль, что мы не заехали пообедать, – добавил Руб.
Салли в который раз посмотрел на часы.
– Иди поешь, – сказал он.
Все равно с Майлзом Андерсоном лучше встречаться без Руба. Салли взял с собой Руба исключительно для того, чтобы Майлз Андерсон уверился – у него есть здоровый помощник. Но это еще успеется.
– Куда? – спросил Руб.
– До “Хэтти” рукой подать.
Руб повернулся, посмотрел в заднее окно, точно проверял информацию.
– А ты?
– Принеси мне гамбургер.
– Одолжишь мне пять долларов?
– Нет, – сказал Салли. – Но я заплачу тебе за вчера.
Руб пожал плечами:
– Ладно.
Салли дал ему деньги.
– С чем тебе гамбургер?
– Булочка.
– И все? – нахмурился Руб.
– И кетчуп.
– Ладно. – Руб открыл дверь машины.
– И сыр.
– Ладно.
– И соленый огурец. И кружок лука.
– Ладно.
– И соус.
– Это полноценный гамбургер, – указал Руб.
– Окей. Значит, мне полноценный гамбургер, – ухмыльнулся Салли.
– Тогда почему ты так не сказал?
– И картошку, – добавил Салли. – И кетчуп к картошке.
Руб вздохнул, задумался, дожидаясь, пока услышанное усвоится.
– Ладно, – наконец произнес он.
Салли дал ему еще три доллара.
– Почему бы тебе не пойти со мной, – предложил Руб.
– Потому что стоит мне уйти, как тут же подъедет Майлз Андерсон.
– Откуда ты знаешь?
– Потому что так всегда и бывает.
Руб ушел, Салли закурил сигарету и принялся мысленно составлять список. Крылечки просели, деревянные наличники надо зашкурить и перекрасить, там-сям подбить доски. Крыша выглядит неплохо, не считая трубы – та покосилась, когда на нее упала ветка. Перед домом торчал огромный пень, Салли оставил бы его как есть, но Майлз Андерсон наверняка попросит выкорчевать. И всюду заросли бурых сорняков. Интересно, что внутри? Майлз Андерсон перечислил с полдюжины трудоемких задач, и Салли не возражал: наружные работы так и так придется отложить до весны. Может, если потеплеет, он обрежет кусты, сгребет и увезет скопившиеся на газоне за два года листья и ветки. Словом, всю зиму и большую часть весны ему и Рубу будет чем заняться, а то и попотеть придется. Раз Майлз Андерсон живет в Нью-Йорке, они смогут трудиться в собственном темпе. Какими-то мелочами можно заниматься вечерами, заодно и сэкономить – Салли не будет торчать в “Лошади” с Уэрфом и ссориться с Малышом. А если в какой-то день из-за колена не получится работать, то и ладно, Майлз Андерсон все равно ничего не узнает.
