— Как это ты не можешь, мерзавка? Ты нужна тут! Немедленно кати назад! Сколько тебе понадобится? Полчаса? Нет, столько мы ждать не можем. Нам нужно немедленно что-то сделать. Слава умирает. Да, мой Слава. На него напали, всего изрубили, и он очень плох.
В нескольких словах директриса описала ситуацию. Видимо, медсестра по телефону дала ей какие-то указания, потому что Лариса Дмитриевна вдруг повернулась и побежала к медпункту, крича на ходу:
— Так, я поняла, белый шкаф. Вторая полка. Упаковка со шприцами. Поняла. А сам препарат где взять?
Назад она вернулась, уже держа в руках сумку медички.
— Расступитесь все.
И Лариса Дмитриевна опустилась на колени перед Славой. Желая увидеть, что она будет с ним делать, все шагнули поближе. Действовала директриса быстро и уверенно. Она открыла принесенный с собой чемоданчик, достала оттуда шприц с необычайно длинной и толстой иглой и полезла в чемоданчик за лекарством. Что она собирается ему вводить? Наверное, адреналин.
Но Лариса Дмитриевна, почувствовав за своей спиной любопытных, прикрикнула на них:
— Не мешайте!
— Отойдите, отойдите! — засуетилась Аня. — Лучше выйдите совсем.
— Давайте, давайте! Или вы не слышали!
Аня вместе с Ефимычем вытолкали всех любопытных, потом девушка хотела вернуться, но Ефимыч ее не пустил.
— Не ходи. Лариса небось свое дело знает. Медичка ей все объяснила. Сейчас укол ему сделает, и порядок.
Конечно, Ефимыч лукавил. Он хотел оградить Аню от тяжелых переживаний. Не хотел, чтобы она или кто другой наблюдал за агонией знакомого человека.
— Ефимыч, пусти!
Аня рванулась из рук сторожа и нырнула в полумрак. Но оттуда ей навстречу уже выходила Лариса Дмитриевна. Лицо у нее было перекошенное.
— Не надо вам этого видеть, — прошептала она, разворачивая Аню назад.
— Слава… Он?
— Увы, да. Мой племянник скончался. Я пыталась оказать ему первую помощь, как мне сказала Анна Савельевна, но шансов почти не было. К сожалению, Слава потерял слишком много крови.
Ее слова были встречены гробовой тишиной. А потом одна за другой вдруг заплакали женщины. Вскоре рыдали уже все. Даже Аня шмыгала носом. Не плакала одна лишь Лидуся. Глаза у нее лихорадочно блестели, но были совершенно сухими. Ни одной слезинки не появилось в них даже после того, как израненное тело Славы было вынесено на носилках наружу.
Плохая это была ночь. Пожалуй, хуже в своей жизни Аня не могла и припомнить. В центр снова нагрянула полиция. И на этот раз полицейские не стали скрывать свои подозрения. И даже майор Жигулин, уж на что он был лояльно настроен к обитателям центра, на сей раз держался куда жестче.
— Преступник орудует у вас очень уж нагло. Это определенно кто-то из своих.
— Но кто?
— Будем искать. На сей раз преступление совершено с особой жестокостью. На парня напали с каким-то тяжелым острым режущим предметом, предположительно тесаком или даже топором.
Как только эту фразу услышала Тамара Васильевна, ее лицо стало цвета вареной свеклы.
— Ой!
— Что с вами, уважаемая? Чего вы так испугались?
— У нас на кухне как раз тесак для рубки мяса пропал, — запинаясь, объяснила она.
— Когда именно это случилось?
Но Тамара Васильевна не могла дать точного ответа. Она лишь объяснила, что тесака хватились сегодня часов в пять вечера, когда пришло время разделывать мясо для приготовления ужина. Но когда именно он исчез, сказать никто не мог.
— Как же так, уважаемая?
— Понимаете, тесак всегда на своем месте висел, на кухне. Старый, еще советских времен тесак. Мы на него и внимания не обращали. Висит и висит. Когда нужно, берем, когда не нужно, обратно вешаем. Присмотра особого за ним не было.
— Почему?
— Да кому он нужен? — удивилась Тамара Васильевна.
— Видать, кому-то понадобился.
— Вот и я думаю, кому могло прийти в голову его взять?
— Это мог сделать только работник кухни? — поинтересовался у нее майор.
— Вовсе нет. Любой мог зайти с черного хода и взять. Перед тихим часом мы ставим булочки в печь и уходим на полчасика отдохнуть. В это время на кухне никого не бывает. Все отдыхают. Любой сотрудник или даже просто посторонний мог зайти и взять тесак.
— Предположим, кто-то именно так и сделал. Можно его было незаметно вынести? Каких он был размеров? Под одеждой бы уместился?
Тамара Васильевна кивнула:
— Если у мужчины или у рослой женщины, вполне бы уместился. Спрятал под куртку, и ничего не видно.
Полицейские выглядели заинтересованными.
— Орудия убийства на месте преступления мы не обнаружили, — задумчиво заметил майор. — Этим орудием вполне мог оказаться тесак, пропавший с вашей кухни.
И, обратившись к сотрудникам, велел им:
— Обыщите всю территорию.
И полицейские забегали взад и вперед. Их усилия не остались незамеченными. И как только Аня поняла, что они ищут, ее память заработала в режиме обратной перемотки. Вот она сидит на берегу озера, уже прозвучал сигнал отбоя, она одна, обиженная на весь мир и в первую очередь на Славу, и не собирается пока возвращаться назад. И вдруг неподалеку от нее что-то тяжелое плюхается в воду. Кто-то швыряет в озеро некий предмет, а затем торопливо удаляется.
