Дежурный и впрямь то и дело бдительно поглядывал в их сторону. И стоило Лидусе встать со своего стула, как он поднял голову и не отвел взгляда, пока девушка не приземлилась обратно.
— Видели? — прошептала она. — Прямо гестапо какое-то. Я уже пыталась поближе подобраться, чтобы подслушать, но не получается.
Друзья провели в отделении еще несколько часов, но им даже не удалось повидать следователя. И никакой информации наружу из его кабинета не просачивалось. Просто хоть вой от отчаяния.
Ответ на мучившую друзей загадку они узнали лишь спустя несколько дней, когда следствие по серии убийств в центре опережающего развития «Маленькие гении» было закончено. Всем задержанным были предъявлены обвинения в совершении того или иного злодеяния, а их дела переданы в суд.
— Все задержанные останутся под арестом вплоть до судебного слушания.
Так решил прокурор. И хотя адвокаты подавали прошения об избрании для своих подзащитных более мягкой меры, ничего у них не получилось.
Прокурор в ответ на их требования лишь возмутился:
— Три убийства! Пять покушений на жизни людей! Два поджога! Да вы что, шутите? Даже и говорить тут не о чем! В СИЗО их, и точка!
Рассказать, как и чем закончилась эта история, друзьям согласился майор Жигулин. Он был куда мягче своих коллег, а к ребятам испытывал нечто вроде сочувствия. Еще бы, столько страшных событий завертелось вокруг них! А ведь никого из них не готовили к такому. Немудрено было и голову потерять.
— Но вы держались очень хорошо, — заметил майор. — Молодцы! Я ценю вашу помощь следствию. И поэтому я вам расскажу, что кроме задержанных нами троих родственников вашей директрисы обвинение было предъявлено еще двум людям.
— Кому же?
Разговор происходил в столовой, куда майор разрешил пригласить всех работников детского центра и вообще всех желающих. Народу собралось порядочно. Всем хотелось своими собственными ушами услышать, что же произошло у них в центре.
— Понятно, что против вашей бывшей медсестры Анны Савельевны дело прекращено в связи со смертью самой подозреваемой. А вот со второй подозреваемой все не так однозначно.
— И кто эта вторая? — спросила Аня.
— Нет, — перебила подругу Лидуся. — Сначала скажите, что именно наша медсестра натворила? Хочу знать, кого именно она все-таки убила?
— В письме все сказано! — раздался голос откуда-то с задних рядов. — Чего воду в ступе толочь?
На этого типа зашикали. А майор пояснил:
— Письмо подделано.
— Тогда кого она прикончила? Антона? Славку? Ромку?
— Да, покушение на Антона и убийство Ромы произошло в точности, как это было описано в предсмертном послании, написанном якобы самой подозреваемой.
— Что значит якобы? Разве не медсестра его написала? А кто тогда?
— Как вы помните, ее письмо было отпечатано на принтере. Это мог сделать любой.
— Но там стояла ее подпись.
— Подпись и правда ее, это наши графологи подтвердили.
— Вот видите! И нечего тогда тень на плетень наводить!
— Но дело в том, — терпеливо продолжал майор, стараясь не раздражаться на крикуна, — что подпись эта изначально была поставлена на чистом листе, на котором впоследствии планировалось написать заявление о внеочередном отпуске, который понадобился Анне Савельевне в связи с ее личными проблемами. Этот лист лежал себе до поры до времени чистеньким, пока не был использован несколько по иному назначению, чем планировалось вначале.
— Но кто мог подделать предсмертное письмо преступницы? Да еще так, что оно частично оказалось правдой. Кто знал о том, что она натворила?
— Тот, кто сам ее на это надоумил. Тот, кто старательно науськивал влюбленную женщину, сознательно вызывал в ней ревность, унижал ее и пестовал в ней мысль о необходимости совершения убийства.
— Что-то я ничего уже не понимаю, — пробормотала Лидуся. — Кто науськивал? И кого? Анне Савельевне кто-то советовал убить Славку?
— Не так прямо, конечно. Скажи влюбленной невесте прямо в лоб, мол, убей своего жениха, что бы она ответила этому человеку?
— Послала бы куда подальше. А то и засветила бы за такой совет.
— Но если ту же невесту старательно подготавливать к мысли, что убийство неизбежно, что жених — изменщик, что он не только изменяет, но и хочет жениться на другой женщине, тогда невеста и сама придет к мысли, что он другой участи и не заслуживает. И может так получиться, что рано или поздно невеста сама для себя решит: все, хватит, сил моих терпеть дальше этого обманщика нету, покончу с ним раз и навсегда! Может такое быть?
— Да, наверное, такое возможно. Смотря что за человек, конечно, эта невеста.
