Бар «Винтри», до которого Робин добралась минут за двадцать, находился у станции метро «Кэннон-стрит», в самом сердце финансового квартала, – ее бывший муж был сам не свой до таких мест. Непритязательно современный, без изысков зал в стиле хай-тек, где мирно уживались стальные балки, большие окна и деревянные полы, чем-то напоминал контору с открытой планировкой, несмотря на длинную стойку бара и высокие мягкие табуреты. Некоторые детали интерьера выглядели довольно курьезно, как, например, два чучела кроликов на подоконнике: оба в охотничьих шапочках и с игрушечными ружьишками; но завсегдатаев – большей частью мужчин в деловых костюмах – окутывала главным образом атмосфера элегантного бежевого спокойствия. Они приходили компаниями расслабиться после рабочего дня, выпивали, смеялись, читали газеты, сидели в телефонах или глазели на редких посетительниц-женщин – на взгляд Робин, не просто самоуверенно, а чванливо. Когда она шла к стойке, брокеры, банкиры и коммерсанты провожали ее оценивающими взглядами.
Внимательно оглядев большой зал, Робин убедилась, что Джеммы еще нет, поэтому заняла свободный барный стул у стойки, заказала тоник и сделала вид, что читает в телефоне новости – лишь бы только не встретиться взглядом с двумя достаточно беспардонными молодыми людьми, сидевшими по правую руку от нее: один как будто вознамерился своим назойливым ржанием заставить ее оторваться от телефона. По левую руку двое пожилых мужчин обсуждали неминуемое объявление референдума о независимости Шотландии.
– Неизвестно еще, как проголосуют, – говорил первый, – надеюсь, Кэмерон знает, что делает.
– Это просто безумие!
– Безумие открывает определенные возможности, по крайней мере для некоторых, – изрек первый. – Помнится, когда я работал в Гонконге… смотрите, похоже, наш столик освободился…
Собеседники направились к заказанному столу, предвкушая ужин. Робин снова огляделась, стараясь не смотреть на гогочущих молодых людей, и выхватила взглядом алое пятно в дальнем конце барной стойки. Джемма: она была одна и пыталась привлечь внимание бармена. Робин соскользнула с высокого табурета и, взяв с собой тоник, подошла к Джемме, чьи длинные, темные, по-цыгански кудрявые волосы почти закрывали спину.
– Привет… вы – Линда?
– Что? – Джемма вздрогнула. – Нет, вы обознались…
– Эх, – сокрушенно протянула Робин, – не иначе как спутала место. Нет ли здесь других заведений этой же сети?
– Понятия не имею, простите, – сказала Джемма, продолжая махать бармену, чтобы тот ее заметил.
– Она сказала, что будет в красном, – не отступалась Робин, оглядывая море темных деловых костюмов.
Джемма взглянула на нее с некоторым любопытством:
– Свидание вслепую?
– Если бы! – Робин закатила глаза. – Нет, это знакомая знакомой, которая говорит, что в «Уинфри энд Хьюз» может открыться вакансия. Мы должны были встретиться и выпить по бокалу.
– «Уинфри энд Хьюз»? Я там работаю.
– Да ладно? – засмеялась Робин. – Слушайте, а вы действительно не Линда, а? Может, просто выдаете себя за другую, потому что я чем-то не понравилась?
– Вообще-то, – с улыбкой ответила собеседница, – меня зовут Джемма.
– А-а! У вас тут встреча?
– Планировалась…
– Вы не против, если я с вами посижу?… только до прихода ваших знакомых… а то меня уже достали эти похотливые козлы.
– Ой, не говорите! – сказала Джемма, когда Робин забралась на соседний табурет.
Бармен тем временем стал обслуживать только что подошедшего седого мужчину в полосатом костюме.
– Эу! – гаркнула Робин.
Несколько голов, в том числе и барменская, повернулись в ее сторону.
– Она пришла раньше, – отчеканила Робин, указав на Джемму, которая снова захихикала:
– Круто! Вы с ними не церемонитесь, да?
– А смысл? – Робин привычно включила свой йоркширский говорок, чтобы казаться смелее и жестче, чем на самом деле. – Иной раз и нажать приходится, а то ведь так и будут об тебя ноги вытирать…
– Это правда, – вздохнула Джемма.
– В «Уинфри энд Хьюз» не то что здесь, да? – спросила Робин. – Уж наверно, таких обормотов нету?
– Ну… как сказать…
Тут как раз подошел бармен и принял у Джеммы заказ. Получив большой бокал вина, она сделала глоток и сказала:
– На самом деле все норм. Смотря, конечно, на какой ты позиции. Я, к примеру, личный референт одного из боссов. Интересная работа.
– Мужик-то как? – небрежно спросила Робин.
Джемма сделала еще несколько глотков и ответила:
– Да вроде ничего такой… А вообще… чужая душа – потемки. Но работа мне нравится, компания солидная. Платят хорошо, у меня куча друзей… ах ты, дьявольщина!
У нее упала сумка. В ту самую минуту, когда Джемма слезла со стула и нагнулась, чтобы ее поднять, Робин, которая постоянно сканировала глазами серо-бежевую даль, вдруг увидела Сола Морриса.
Он только что вошел – в костюме и рубашке с открытым воротом, сверкая необычайно самодовольной улыбкой. Моррис огляделся и, заметив ярко одетых Джемму и Робин, прирос к месту. Несколько секунд они с Робин просто смотрели друг на друга, затем Моррис резко повернулся и поспешил к выходу.
