Аня кивнула.
— Ты же делала фотографии на месте самоубийства?
Аня ещё раз кивнула.
— Отлично. Нам потребуется твоя помощь. Фотографируй, слушай, записывай, только не путайся под ногами. Договорились?
— Хороший фотограф, как вампир — в зеркалах не отражается и тени не отбрасывает, — ухмыльнулась девушка.
— Какие фотографии!? Какая пресса!? Нельзя ничего снимать! — запротестовал управляющий.
Прежде чем полицейский успел ему возразить, Анна сказала:
— Послушай, милый, заткнёшь свой фонтан, и ты первый будешь редактировать статью, которую я напишу и отберёшь фотографии для газеты и интернета. В противном случае… — Аня по дуге провела правой рукой к себе, вытянув указательный палец, и провела пальцем по своему горлу, закончив жест демонстрацией виселицы за своей головой.
Полицейский усмехнулся, откровенно разглядывая девушку и восхищаясь её бойкостью.
— Статью и все фотографии мне! — приказным тоном отреагировал управляющий, как будто это была его идея.
— Договорились, — Аня протянула мужчине руку, и они обменялись рукопожатием.
Они втроём подошли к стойке регистрации. Двое других полицейских наблюдали за происходящим со стороны.
— Вы же Анна Бонн? — спросил полицейский.
Аня кивнула.
— Я Николай Хорновец. Оперуполномоченный. Собирался домой и как раз вызов в отель поступил. Поехал с патрулём.
Охранник, только начавший рассказывать полицейским то, что знал, как его прервало появление журналистки, махнул рукой в сторону лифта:
— Тела там. Пойдемте.
— Два трупа? — спросил Хорновец.
— Один, я надеюсь, — ответил охранник. — Второй — убийца.
- Что с убийцей?
— Я его вырубил.
— Понял, — кивнул опер. — Пойдёмте.
Трое полицейских, Аня и управляющий пошли за охранником в сторону лифта.
Пройдя немного от стойки, они увидели два лежащих тела. Из под старика натекла огромная лужа крови, в его спине так и остался торчать пожарный топор. Второй мужчина, в чёрном костюме, лежал, откинувшись навзничь. Лицо его было разбито, под ним тоже было много крови.
— Вот убийца, — сказал охранник, подходя ближе.
— Шевелился? — спросил Николай.
— Нет.
Охранник, после того, как вырубил убийцу, от тела не отходил до приезда полиции. Только увидев людей в форме, он решился покинуть свой «пост».
— О, Господи, — прошептал управляющий и остался стоять метров за десять до убийцы и его жертвы. Аня прошла на два шага дальше, остановилась и начала делать фотографии.
— Ни хрена себе, — прошептал один из патрульных.
Николай обошёл тела по дуге, стараясь не наступать на кровь, присел возле головы убийцы и проверил его пульс.
— Он дышит, — полицейский посмотрел на охранника. — Расскажите, что произошло.
— Мы вышли на вызов с регистрации, — ответил тот. — Я и Юра Белозубов. Администратор сообщил, что возле стойки раненный посетитель. Мы не успели к нему подойти, как началась паника. Сначала из-за людей ничего не было видно. А потом, когда все разбежались, я увидел, как этот парень, — охранник указал рукой на убийцу, — ковыряется топором в спине этого парня. Пока он стоял на четвереньках, я ударил его ногой в лицо, и он отключился. Сразу услышал сирены, и решил остаться возле тел, пока вы не приедете, дабы убийца не очнулся и не схватился за топор.
Николай кивнул:
— А где раненный?
— Либо Юра его отвёл в комнату охраны, либо он убежал, — пожал плечами охранник.
— Я не видел.
Сирена скорой помощи стала слышна рядом со входом в отель, и Николай скомандовал патрульному:
— Серёж, встреть медиков.
Он повернулся ко входу и увидел, что Аня и управляющий остались поодаль.
— Аня, — позвал Николай. — Ты бы ещё от входа фотографировала. Подойди ближе, пожалуйста.
Анна, за три дня увидевшая второй труп, да ещё и с таким количеством крови, пребывала в замешательстве.
В холл отеля вбежала бригада скорой помощи с носилками.
— Ребят, две минуты, — опер показал два пальца санитарам. — Сейчас мы тут всё зафотографируем.
Медики тоже обалдели от увиденного: в Ахинмае убийства — редкость, а такое жестокое убийство — впервые.
Аня фотографировала то, на что указывал ей Николай, стараясь не наступить на лужу крови. Она то приседала, то вставала, то использовала зум, то отходила подальше, чтобы сфотографировать всю картину целиком. Наконец, когда Николай решил, что хватит, она отошла от тел, отвернулась и постаралась удержать обед в желудке. Она зажмурилась и почувствовала, как вся покрывается холодным липким потом. Тошнота подкатила к горлу, постояла на выходе несколько кошмарных секунд, а потом ушла. Аня глубоко вздохнула несколько раз, стараясь быть аккуратной и не вызвать новый позыв.
Сзади Николай продолжал отдавать приказы:
— Антон, надо позвонить следователям. Если у них есть дежурная группа, пускай присылают. Вот этого пускай увозят. Серёга в наручники его, и отправляйся вместе с медиками. Жди в больнице, пока не приедет следак. Труп пока не трогайте.
— Как не трогайте труп!? — вскричал управляющий, который за всё время так и не подошёл к жертве. — У меня на улице сотни посетителей! Они ждут, когда им разрешат войти в номера! Нельзя, чтобы они заходили и видели валяющийся здесь труп!
