— Ты чего херню какую-то несёшь!? Ключ был у меня, когда я в среду к ней пришёл, — Ларри и так не хотел разговаривать с другом, а теперь он его ещё больше раздражал.
— Конечно, потому что я тебе его отдал, — продолжал запутывать друга Миша. — Во вторник вечером. На территории отеля.
— Да я дома был во вторник, — ухмыльнулся Ларри.
— А что тебе ещё дала Туманова, когда подарила безлимитный пропуск в свои апартаменты, помнишь?
Ларри задумался, вспоминая, а Миша полез в карман жилетки и достал пачку полароидных снимков.
— Фотографии с девочками, Ларри, — объявил он, махая фотографиями.
— А они как у тебя оказались? — Ларри сохранял неподобающе спокойное выражение лица.
— Ты меня не слушаешь, Ларс. Их у тебя спёр твой маленький сын, но Тамара его спалила, не дозвонилась до тебя и позвонила мне, чтобы я отдал тебе ключик и снимки. Я до тебя тоже не дозвонился. Поехал в «Ребриц», проверить, от того ли номера этот ключик. На ресепшене мне сказали, где остановилась Туманова. Я даже решил с ней побеседовать по поводу акций её мужа. Захожу в номер, — Миша хлопнул в ладони. — А Тумановой абзац. Я поехал к тебе, как смотрю, ты бредёшь по улице. Я тебе: «Ларри, Ларри», а Ларри такой…в прострации. Говоришь, что тебе так хорошо качаться на волнах. И идёшь себе, идёшь. Я тебя проводил до дома и отдал тебе ключ. Учитывая твоё вчерашнее состояние, я думаю, ты этого не помнишь, но…
— И как я по твоему попал в номер, если ключ был у тебя? — Ларри по прежнему был спокоен, считая, что друг его либо разыгрывает, либо дурачится, хотя и глупой была такая шутка.
— А Лиза бы тебя не впустила, да? Погреться с ней в джакузи.
— Хорошо, а зачем тебе нужно было говорить с Тумановой?
— А потому что, ты не сделал того, что я у тебя просил, — перестал улыбаться Миша. — И, если бы не твоя бывшая, я бы так и остался в неведении. Ты мне когда собирался рассказать про фотографии, а? Лиза тебе дала отличный инструмент. И она тоже заинтересована была в том, чтобы, фигурально, похоронить супруга. С ней можно было бы работать. А вместо этого, ты её грохнул. А можно было бы просто использовать фотографии в качестве шантажа.
— ДА НЕ УБИВАЛ Я ТУМАНОВУ! — заорал Ларри.
Миша, впервые видевший друга в каком-либо другом состоянии, кроме спокойного, встал с кровати, предупреждая тот момент, когда Ларри накинется на него с кулаками. Он его не боялся, в конце концов, он был пошире, но махать кулаками считал лишним.
Он бросил снимки на кровать, и они разлетелись веером по постели.
— Труднее всего доказывать очевидность невероятного, блин, — сказал Миша.
— Лизу убил этот выродок! Этот мудила! Этот Туманов! — Ларри продолжал говорить повышенным тоном.
— Легко оскорбить, когда ты знаешь, что тебе за это ничего не будет, правда, Ларс, — ухмыльнулся Миша.
— Мне не будет? — переспросил Ларри. — На мою рожу посмотри. Ты бы видел этого разъярённого быка? Бросался на меня с топором, блин!
Ларри, казалось, восстановил своё прежнее невозмутимое состояние.
— Ты видел, чтобы я убивал Туманову?
— Нет, — мотнул головой Миша. — Но я видел Туманову после того, как ты там, видимо, побывал.
— Может быть я гулял по территории, — отмахнулся Ларри. — Ты видел у меня кровь на руках? На клыках? У меня с собой был нож?
— Нет, но ты был явно не в себе.
— А может это ты её убил? — кольнул Ларри друга его же доводами. — Ключ был у тебя. Ты зашёл в комнату, вальнул Лизу. Тебе ведь не привыкать резать глотки. А потом увидел, как я лунатил, и отдал мне ключ.
— Может быть и так, — ухмыльнулся Миша, а потом пошёл на попятный. — А может её убил Туманов.
— Так кто её убил-то? — ухмыльнулся Ларри.
Миша пожал плечами:
— Я не знаю. Ты не помнишь. Туманов не скажет. Но убийство Лизы мне тоже на руку.
— Каким боком? — потребовал уточнений Ларри.
— Гринмейл, — ответил Миша.
— Прости, брат, но даже я не всегда тебя понимаю, — Ларри опять поёрзал в постели.
— Гринмейл, — повторил Миша, как будто говорил очевидную вещь.
— А, понятно — Гринмейл, — ухмыльнулся Ларри.
— Это чёрная метка, — пояснил Миша. — Точнее, в нашем случае — зелёная метка.
— И?
— Я тебе тоже всего не рассказал на самом деле, — Миша снова сел на кровать к Ларри. — Помнишь, мы говорили об «Азирис».
— Ну, — Ларри кивнул.
— Я был маленьким таким акционером этой фирмы. А Туманов, там, по сути, царь и бог. Его совет директоров — это подсадные утки, которые ни черта не решают. И вот Туманов хочет избавиться от своих миноритарных акционеров. Ну, таких маленьких, как я. И проводит консолидацию своих акций.
— Консолидация — это что? — поинтересовался Ларри.
— Объединение акций, чтобы выросла их рыночная стоимость. С одной стороны, акции компании в последнее время сильно упали, и он решает таким образом увеличить их стоимость. А с другой стороны, ему нужно избавиться от таких акционеров, как я. У меня семнадцать акций, после объединения становится восемь с половиной. Дробные акции выкупает основной держатель, причём по предыдущей рыночной стоимости, которая была до консолидации. Короче, за бесценок.
— Вот как? Короче, на акциях ты потерял?
