Очень смело со стороны Джаспера! Не обращая внимания на когти Токо, я вырвался, отделавшись парой болезненных царапин. Я уже напряг было все мускулы, чтобы убежать, но тут увидел, что к нам приближается Шари, и остался на месте: не хотелось выглядеть перед ней трусом.
Я немного удивился, когда Шари лишь мимоходом мне кивнула и с сочувственной улыбкой приблизилась к Барри, держа что-то в руке:
– Ой, ты ушибся? У меня есть пластырь, секундочку, не шевелись… – Она заклеила ему пластырем ссадину на коленке и подула. – Вот увидишь – сразу перестанет болеть.
Барри явно был сбит с толку и от изумления застыл на месте. Зато его друг-аллигатор, не теряя времени, погнался за Джаспером и попытался дать ему пинка:
– Ты за это поплатишься, колбаса в панцире!
Но Джаспер был проворен. Он припустил к сараю с прогнившей дверью и попытался протиснуться в дыру, надеясь, что там до него не доберутся. Но дыра оказалась для него маловата, и ему не удалось туда пролезть. И тут его догнал Токо и пару раз пнул под зад, покрытый панцирем. Больно моему другу-броненосцу, кажется, не было, но теперь он застрял как пробка в бутылке.
Повинуясь рефлексу, я схватил змею за хвост и изо всех сил потащил назад – её гладкая плотная кожа чуть не выскользнула у меня из пальцев. Несколько наблюдающих за этим учеников первого и второго года обучения прыснули. Наверное, в этот момент Элла выглядела не как королева джунглей, а как огромная бурая макаронина.
Элла тут же превратилась обратно в человека и торопливо попыталась завернуться в валяющееся поблизости полотенце. Но полотенце оказалось узким, и ей не удалось прикрыть всё, что хотела. Покраснев как помидор, она уставилась на меня сверкающими от бешенства глазами.
– Ты ещё об этом пожалеешь, гад! – прошипела она.
Я смущённо взглянул на неё – вообще-то я не собирался прилюдно её унижать.
– Что здесь происходит? У нас с вами сейчас урок – вы что, забыли? – Перед нами стояла рослая тренированная женщина с узким угловатым лицом и тёмно-каштановыми волосами, собранными в хвост. Она была в чёрном купальнике с белыми полосками по бокам – модель для профессиональных пловцов. Сердито подбоченившись, она по очереди посмотрела на нас.
– Мисс Уайт, мы… – Таким смирным я Токо ещё не видел.
– Я не собираюсь выслушивать твои отговорки! Немедленно иди в лагуну – мы начнём через минуту.
Токо и Барри ретировались, а мисс Уайт выдернула застрявшего Джаспера – двери пришлось несладко.
Значит, она косатка? Теперь я наконец-то знал, кто самый большой и сильный зверь в школе. Косатки могут достигать восьми метров в длину – наверное, в дикой природе тигровая акула-подросток ей на один зубок и уж никак не противник.
Я инстинктивно застыл на месте, и мы с учительницей смерили друг друга взглядом.
– А ты, значит, новый мальчик-акула, – сказала она, и я молча кивнул.
При одной мысли об уроке борьбы я едва снова не впал в панику, но спокойствие и сдержанность учительницы помогли мне взять себя в руки.
Но тут она так внезапно перешла от слов к делу, что я вздрогнул. Учительница с размаху пнула гнилую дверь, и та окончательно разлетелась в щепки. Мисс Уайт выглядела довольной:
– Теперь Джеку не отвертеться – придётся менять дверь. А то он всё твердил – денег нет, денег нет, она, мол, ещё держится. А кому вечно приходится вытаскивать оттуда Джаспера? Мне, конечно. – Пожав плечами, она пошла прочь, не обращая больше на меня внимания.
Я посеменил за ней к лагуне, где сейчас можно было наблюдать необычное зрелище: Барри в обличье барракуды периодически подпрыгивал в воздух. Его тонкое серебристое рыбье тело блестело на солнце.
Я усмехнулся. Так вот зачем она дула на пластырь – чтобы клей поскорее высох!
– Барри, тихо! – велела мисс Уайт, которая не испытывала к нему ни малейшего сочувствия. – Прошу всех превратиться.
Я вдруг страшно разволновался.
Урок борьбы начался – притворяться больным было поздно.
