Ноэми потянулась длинным гибким телом:
Потратив на обратный путь гораздо больше времени, чем на дорогу туда, мы вернулись к каноэ, приготовили для себя и Ноэми огромную порцию омлета с ветчиной из пакетика и восхищённо наблюдали, как она почти всё умяла в одиночку. Шари тем временем выдёргивала из её шерсти репьи и клещей, а Ноэми благодарно урчала в ответ. Потом она в изнеможении свернулась на сухом пятачке земли и уснула.
– Что же, хищную кошку мы нашли, – сказал я. – Но всё равно я пока не до конца понимаю… «Все пантеры в опасности» – что имел в виду этот аллигатор?
Все пожали плечами.
Смеркалось, скоро слетятся комары. На этот раз Элле пришлось помогать нам ставить палатку – на свою беду, она сейчас была в человеческом обличье.
– Ай! – вскрикнула она, когда колышек от палатки, отскочив, задел её по плечу. – Чёрт, теперь синяк будет – а они такие безобразные!
Ноэми приоткрыла один глаз, дёрнула ухом и снова уснула.
Когда мы поставили палатку, Шари тут же залезла внутрь и стала копаться в своём снаряжении.
– Слушайте, а где наш мобильник? – спросила она, и мы потрясённо переглянулись. Наверное, он выпал за борт во время недавней драки! Вот чёрт! Мы тут же начали всё перерывать и вытряхивать вещи из сумок, но телефона нигде не было.
– Ск-колько стоит такой спут-тниковый телефон? – спросил я. Теперь на меня всё-таки напала икота. – Нашим родит-телям что, придётся возместить его ст-тоимость?
Элла презрительно пожала плечами:
– Мама купит мне десять новых сотовых, если я её об этом вежливо попрошу. Если невежливо – то всего пять!
– Плохо, что теперь мы не можем связаться со школой, – заметил Караг. – Даже не можем сообщить, что отыскали заблудившегося оборотня. А вдруг произойдёт несчастный случай?
Шари ухмыльнулась:
– Ты имеешь в виду что-то похуже нападения аллигаторов?
– Давайте его поищем, – предложил я, и в этот раз Эллу, как ни странно, не пришлось долго упрашивать. Должно быть, ей, несмотря на её сентенции, было неохота получать выговор. Она уплыла искать пропавший телефон, и мы с Карагом вместе побрели по берегу. Теперь он снова был в человеческом обличье.
Ещё совсем недавно мы орали друг на друга, и сейчас мне было неловко в его присутствии. А тут он ещё превратил руку в лапу и ткнул меня когтем в бок. Я отскочил в сторону – этот прыжок сделал бы честь любому кенгуру.
– Ты чего?!
Но Караг лишь склонил голову набок и прислушался:
– Отлично. Твоя икота прошла.
Он был прав, и я тут же остыл.
– Просто невероятно, что кто-то бросил Ноэми, да? – сказал я, когда мы уселись на землю в месте, откуда хорошо было видно болото. – Но такое и раньше частенько случалось. В Эверглейдсе появилось несколько видов, которых тут не было. – Я быстро оглянулся через плечо. – Тигровые питоны, например. Сбежали из какого-нибудь зоомагазина, торгующего рептилиями. Или кто-нибудь недооценил, до каких размеров вырастет его маленькое сокровище, и выгрузил его тут, пока оно ещё умещалось в автомобиле.
– Надеюсь, Ноэми не захочет вернуться к этому негодяю, – произнёс Караг. – Ты чуть всё не испортил, едва не сказав ей, как плохо она выглядит. Она готова была сбежать. Просто из принципа.
– Ой, а что, это было слышно? Точно, ты же был в обличье пумы, а значит, мог улавливать мысли. – Я смущённо ковырял ботинком землю.
Караг усмехнулся:
– Сейчас ты иногда посылаешь мысли во все стороны, как радиопередатчик.
– Что?! Вот чёрт! Я не специально! – Перспектива, что Шари, прочитав мои мысли, узнает, как сильно она мне нравится, привела меня в ужас.
– Не волнуйся, на уроках превращений ты наверняка скоро научишься перешёптываться мысленно.
– А ты не мог бы мне показать?
– Я могу начать, – сказал Караг и посмотрел на меня. – Скажи мне что-нибудь. Произнеси это тихо-тихо.
