Если судить по разноплановой мебели, комната служила спальней, кухней и мастерской одновременно, хотя наверх тоже вела винтовая лестница. Стены были увешаны луками, колчанами со стрелами и всевозможным инструментом. Вдоль одной из них стоял верстак, заваленный самыми неожиданными предметами, от посуды до деревянных заготовок, а сам хозяин сидел скрестив ноги на низком топчане и что-то вырезал. Он указал Лиандре на место рядом с собой и погрузился в свое кропотливое занятие.
Лиандра натянула на ступни подол платья. Тихонько растирая их, она морщилась от боли и разглядывала хозяина дома. Прежде она никогда не видела настолько старого эльфа. Безжалостное время выжгло все краски его лица: неестественно белая, почти прозрачная кожа не скрывала запутанную сеть кровеносных сосудов, а волосы, потеряв былой оттенок, не поседели, а стали серыми, как пепел. Но девушка то и дело ловила на себе проницательный взгляд блекло-голубых глаз старика, а жилистые пальцы, сжимающие инструмент, были тверды и умелы.
Пожилой мастер неуловимо напоминал Галара: то же удлиненное лицо и выступающий вперед подбородок. Но, посмотрев на него внимательнее, Лиандра решила, что ей показалось. Все эльфы этого клана походили друг на друга, даже те редкие прохожие, кого она повстречала на улице.
— Помешай в котелке, ложка вон там, — старик указал на скамейку рядом с очагом.
Она нехотя встала и выполнила просьбу. Почему-то каждое движение давалось с большим трудом. Бросив тоскливый взгляд на еду, девушка уселась на место.
— Тебя морят голодом?
Лиандра крепче обняла руками колени, прижатые к груди, сглотнула слюну и уставилась на пламя. Мастер отложил работу и поднял с пола костыли. Только сейчас она заметила, что левая нога эльфа заканчивается возле колена.
— Ты был на войне? — спросила Лиандра.
— Нет. На меня напала волчья стая.
— Ты поэтому их так не любишь? — она кивнула на шкуры.
— Напротив, толстый волчий мех отлично сохраняет тепло.
Эльф проковылял к верстаку и достал из-под куска кожи две глиняные плошки. Оставалось только гадать, что они там делали. Но в доме мастера все было по-простому, не так, как у мага. В комнате царил организованный хаос, цель которого состояла в том, чтобы все предметы были у хозяина под рукой, избавляя его от необходимости много ходить.
Лиандра получила долю грибного супа и щедрый ломоть свежего хлеба с хрустящей корочкой. Обеденного стола в доме не было, мастер ел, где придется, а, возможно, и когда вздумается: время обеда уже миновало, а ужина — еще не наступило. Густая похлебка оказалась неожиданно вкусной, а хозяин ничем не смущал девушку. Макая в плошку хлеб, Лиандра наелась досыта.
— Я знала одного эльфа, который умел очень метко стрелять. Его лук был похож на этот, — сказала она, указав на небольшой лук, висящий на стене, и с грустью вспомнила Киндара.
— Твой знакомый был среднего роста и не отличался физической силой.
— Откуда ты знаешь?
— Типичный эрендольский охотничий лук. При должном навыке опасен, но воину не подходит.
— А я не умею стрелять, — вздохнула Лиандра, — только кидать ножи.
— Лучником надо родиться, а научиться натягивать тетиву может кто угодно, даже ты.
— Я чем-то хуже остальных?
— Лук — не твой вид оружия.
Эльф забрал из рук Лиандры пустую чашку и точным движением бросил на верстак. Попав на связку кожи, она не разбилась. Мастер снова принялся за работу. Девушку разморило: ритмичные, шуршащие звуки инструмента и потрескивание очага настолько ее убаюкали, что Лиандра свернулась калачиком на краю топчана и уснула. Когда она открыла глаза, на улице начало смеркаться. К сожалению, пора было уходить.
— Ты покажешь в какой стороне дом Галара?
Эльф утвердительно кивнул, но остановил ее у порога.
— Подожди, тебе нужно одеться.
Мастер накинул Лиандре на плечи плащ с капюшоном и дал замшевые сапоги, оба на правую ногу, но настолько разношенные, что Лиандра не почувствовала разницы. Проводив девушку до середины пути, старик указал дорогу дальше. Оказывается, она успела забрести от жилища мага довольно далеко.
Лиандра обнаружила Галара в столовой. Полулежа на одном стуле и положив ноги на другой, он читал книгу и ел одновременно, просыпая крошки себе на колени. Небрежная поза мага была так далека от правил хорошего тона, принятых за столом, что любой преподаватель этикета упал бы в обморок. Увидев девушку, Галар чуть не поперхнулся. Он был уверен, что пленница страдает от голода на верхнем этаже и ждал, когда она перестанет капризничать и попросит прощения.
— Где ты была? — спросил Галар.
Направляясь к себе в комнату, Лиандра не обернулась. Гостеприимство ее нового знакомого избавило от необходимости говорить с магом. Запинаясь о ступени и чувствуя себя совсем больной, она еле добрела до своей постели. Выпутавшись из платья, Лиандра забралась под одеяло и забылась сном.
