Определиться со своими желаниями я не успела. Дверь внезапно распахнулась, и из нее вихрем вылетела Елира. Я едва успела шарахнуться в сторону, скрываясь за пыльными рыцарскими доспехами, украшавшими коридор через каждые десять шагов.
— Да как ты смеешь! — в бешенстве заорала женщина, разворачиваясь.
Видимо покинуть помещение ей помогли.
Голос ирье Керша был необыкновенно спокоен:
— Еще раз сунешься, пеняй на себя.
— Ты пожалеешь! Подонок!
— Пошла вон.
Дверь захлопнулась, а на нее в бессильной злобе кинулась Елира. В ход шли и кулаки, и обувь, и даже шлем и ржавый меч от рыцарских доспехов, которые от неосторожного движения с жутким грохотом рухнули на пол. Однако энергичная атака успехом не увенчалась: двери в замке делались на совесть, и были явно рассчитаны на подобное бурное проявление эмоций. Женщина же не только не успокоилась, но даже не устала. Эх, такую бы энергию, да в мирное русло… Мне сразу вспомнилась сестра Алва. Как оказалась, существуют люди еще более активные.
Душа Елиры явно требовала разрушений. Поняв, что дверь не поддастся, эрда Олив поудобнее перехватила ржавую железяку и с воинственным воплем пошла на рыцарские доспехи. Удар. Жуткий грохот. Снова удар. И еще один пустотелый рыцарь с оглушительным металлическим лязгом повержен в пыль. И все бы ничего, да только за следующими доспехами притаилась я, а сумасшедшая только вошла в раж.
Конечно, я могла легко утихомирить ее… стукнув чем-нибудь по голове, но было одно «но». И, кроме того, что я совершенно не хотела связываться с безумицей, оно заключалось в двух ярко горящих факелах. Если бы не они у меня еще был шанс остаться неузнанной, а так я буду иметь сомнительное удовольствие, объяснять потом Рагдару, что делала у покоев Наблюдателя. Точнее не объяснять, а молча выслушивать разнообразные версии, рожденные чужой богатой фантазией, так как обнародовать свои мотивы я естественно не собиралась. Надежда же на то, что потеря Елирой сознания будет сопровождаться еще и потерей памяти была крайне мала. Конечно, еще оставался хороший, кардинально решавший проблему вариант — убить, но повод был ничтожный. Да и не люблю я это дело…
Ни выступа, ни ниши, ни гобеленчика на стене, хоть бы и пыльного. Экая досада! Я прижалась к холодной каменной кладке, понадеявшись как обычно на случай, и удача не подвела. Елира замахнулась, широко шагнула и… споткнулась. Если бы руки ее не были заняты, она еще могла бы удержать равновесие, но ведь не даром же говорят, что оружие — не игрушка. Тем более меч. Тем более старый меч. Раньше-то они потяжелее были, не то, что сейчас.
Падение было ожидаемым, неуклюжим и забавным. Благородная эрда грохнулась на четвереньки, едва не вспахав носом не слишком чистую ковровую дорожку. Таким моментом грех было не воспользоваться. Не раздумывая, я метнулась вперед. Короткий удар и женщина обмякла, распластавшись на полу.
— И?! — возглас одновременно с потянувшим легким сквозняком, сообщили о присутствии в коридоре постороннего лица.
В проеме двери, вальяжно привалившись к косяку и сложив руки на груди, стоял ирье Риан Керш. Одетый, кстати.
Черт! (Не «черт!» — в смысле одетый, а «черт!» — в смысле стоял).
— Э-э-э… — как обычно начала я.
— Она живая? — поинтересовался он.
Я глянула на него с умеренной обидой и негодованием: «да как вы могли такое подумать?!».
Риан усмехнулся.
— И что ты теперь собираешься с ней делать?
— Я?! Ничего не собираюсь.
— То есть, ты так и оставишь ее здесь?
Я пожала плечами.
— А завтра меня обвинят в нападении на фаворитку герцога?! — закончил свою мысль блондин.
— Черт! — охарактеризовала я ситуацию, но тут же опомнилась. — М-м-м… Но это не моя проблема.
Парень снова усмехнулся. Недобро так…
Неизвестно сколько бы еще продолжалась наша беседа, но на лестнице послышались шаги. Едва различимые. Риан их, видимо, еще не услышал.
— Сюда идут, — быстро сказала я.
— Черт!
Не сговариваясь, мы бросились к Елире.
— Ты за руки, я за ноги, — прошипел парень.
Мы едва успели затащить женщину в комнату(до чего ж тяжелая оказалась!) и закрыть дверь, как в коридоре послышалось отчетливое бряцанье оружия. Неожиданно все стихло: видимо, там оценивали степень разрушений, а потом в комнату настойчиво постучали.
— Ирье Керш! — позвали снаружи. — Ирье Керш! С вами все в порядке?!
Голос был мне знаком и принадлежал Квентину Лагри. Только его здесь не хватало!
За это время Наблюдатель без дела не сидел, усиленно занимаясь своим внешним видом: волосы растрепал, рубашку расстегнул.
— В чем дело? — явившуюся делегацию он, конечно, в комнату не пустил.
— Прошу простить за беспокойство, но… хм… — Лагри попытался протиснуться внутрь, но не преуспел. — У вас все хорошо?
— Все замечательно, — Риан был в меру раздражен, как собственно и должен быть раздражен человек, которого оторвали от весьма приятного времяпрепровождения. — А в чем, собственно, дело?
— Взгляните сами. — У дверей послышалась возня. — Вы не слышали ничего подозрительного?
— Слышал, конечно, — признался Наблюдатель. — Здесь была эрда… хм… не помню имени. Такая… очень видная женщина.
— Эрда Олив?!
