Попроси ее кто вкратце описать свои ощущения, Трасси, пожалуй, ни одного внятного слова из себя не смогла бы выдавить, перемежая взрывную жестикуляцию и восторженное таращенье глаз. Самой близкой аналогией могло бы выступить сравнение с иссушенным жаждой путником, который, наконец, дорвался до колодца с чистой прохладной водой.
Те смутные расплывчатые образы, что с детства роились в ее голове, теперь, точно пустая опалубка бетоном, начали заполняться конкретным содержанием и обретать смысл. Она по-прежнему еще очень многого не понимала, и огромное количество терминов и понятий, коими сыпал Аврум, оставались для Трасси просто наборами звуков, но она чувствовала, она знала, что со временем все обязательно утрясется и образуется. Отдельные кусочки мозаики встанут на свои места, и кажущийся сейчас хаотичным набор знаний обретет необходимую стройность. Нужно лишь время и должное терпение, терпение и время!
– Траська! – послышался очередной окрик Лажонна. – Я ушел спать! Все дальнейшее – на твоей совести. И автоподатчик в том числе.
– Хорошо, пап! Я прослежу!
– Автоподатчик? – поначалу девчонке было несколько не по себе, когда она слышала голос, доносившийся буквально из недр черной глыбы, но очень скоро она привыкла к этому и просто наслаждалась беседой с умным и интересным чело… существ… собеседником.
– Да. Чтобы топка не остывала, и при необходимости можно было бы быстро разогнать пар, приходится регулярно подавать в нее уголь для поддержания нужной температуры, – разъяснила Трасси, хотя ей это невольно напомнило лепет ребенка, поясняющего смысл своей сумбурной мазни маститому живописцу. – Вот автоподатчик его туда потихоньку и сыплет, пока оставшегося в котле пара хватает, чтобы его крутить.
– А какой там используется механизм? – казалось, что Авруму и в самом деле интересна данная тема. – Шнековый, ленточный или, быть может, грейфер?
– Ну… – Трасси слегка смутилась, – вообще-то все начинается с вполне обычной лопаты…
Лажонн, всю ночь напряженно прислушивавшийся к любым шорохам и скрипам, спал ожидаемо плохо и проснулся довольно поздно. Впрочем, остальные обитатели «Хоррама» просыпаться, похоже, и вовсе не собирались.
Обойдя свои владения, капитан убедился, что все в порядке, и никто ничего не забыл. Входные люки были надежно заперты, в топке горел огонь, достаточный для поддержания минимально необходимого давления пара. Несмотря на свою кажущуюся взбалмошность, Трасси четко знала круг своих обязанностей и строго их соблюдала. На такого надежного работника всегда можно положиться.
Немного робея, Лажонн выглянул в окно, чтобы проведать их нового пугающего друга, но обнаружил, что Аврума и след простыл. Подобный поворот мог иметь сколько угодно объяснений, но перебирать их сейчас не имело смысла. В голове вспыхнула мысль сбежать, воспользовавшись моментом, но что-то подсказывало, что Аврум при желании выследит их без особого труда, а тратить понапрасну силы и ресурсы капитану совершенно не хотелось. Лучше уж, пока никто не теребит и ничто не отвлекает, спокойно приготовить завтрак.
С планами на будущее разобраться всегда успеется, а с соседством жутковатой твари Лажонн уже успел как-то смириться, воспринимая Аврума как еще одно явление природы, бороться с которым бессмысленно, а бояться – глупо.
Однако не успел он толком раскочегарить плиту, как их пугающий приятель вновь объявился.
– За вами пришли! – Лажонн едва не выронил сковородку, когда маленькое окошко камбуза вдруг заслонила темная тень. – Очень скоро они будут здесь.
– Кто? Кто пришел? – от неожиданности он позабыл даже самые обычные слова. – Зачем?
– Другие машины. Такие же, как ваша, – разъяснил Аврум. – Они движутся сюда по вашему следу. И движутся весьма быстро. Ну а зачем – вам лучше знать.
– Вот дерьмо! – Лажонн раздраженно бросил пустую сковородку обратно на плиту и метнулся к лестнице.
Выбравшись на верхнюю палубу, он вскинул руку, прикрываясь от лучей утреннего солнца, и на самой кромке горизонта разглядел частокол поднимающихся к небу струек темного дыма.
Когда-то давно эшелоны точно так же выстраивались в шеренгу, преследуя нападавших на них пустынников, но сейчас они гнались за одним из своих, за «Хоррамом». И тот факт, что они сформировали именно боевой строй, недвусмысленно говорил о том, что непринужденной беседы при встрече ждать не приходится. Эшелоны готовились к бою.
Точно так же Лажонн не испытывал ни толики сомнений, за кем именно они явились. И вот тут ребром вставал вопрос – как же поступить?
Безропотно и покорно отдать Вальхема Голстейну (а Лажонн ни секунды не сомневался, что надвигающейся на них армадой командует именно он) или все же поторговаться? Пускай они с мальчуганом были знакомы всего несколько дней, но капитан в глубине души чувствовал, что тот не таит в себе зла, и оказался в фокусе внимания Инспектора исключительно волею судеб. Все его существо яростно протестовало против того, чтобы покориться и уступить, но разум подсказывал, что все прочие варианты обойдутся в итоге еще дороже.
