«Должен быть выход. Это все сны Инаи! Его фантазия! А фантазия не реальность», – судорожно думал попавшийся в ловушку льор, слыша, как Нармо насмехается над другим своим заложником:
– Инаи, как бы так сделать, чтобы ты оказался там же. Или нет, лучше вот в этой болотистой… болотистом нечто! Оу, а воняет-то как. Да, подходящее местечко. Кто бы мог подумать! Потомки древнейших фамилий беспомощны перед сыном ячеда!
Похоже, он намеревался утопить хозяина сонного талисмана в его же иллюзии. Зачем только создавать такие? Зачем переносить в реальность страшные сны? Будто без них в ней мало горя.
– Ты не ячед, ты просто подлец! – проскрежетал яростно Раджед и обнаружил, что его голос не утратил былой силы и достигает ушей Нармо. Значит, иллюзия не влияла всецело на физический облик.
«А ведь какой силой надо обладать, чтобы сотворить почти настоящий мир! Я думал, что это просто иллюзии. Протяни руку – рассеются. Но нет! Я посреди одной из них! И она предельно реальна», – вдруг осознал Раджед. При всем его умении искажать пространство и заплетать хитрые узлы магии вокруг башни он никогда бы не додумался до такого. А Инаи не нашел, как применить свой редкий дар. Вот выставил бы вокруг башни все свои творения, так поймал бы Нармо, как таракана в банку, в один из миров. Яшмовый чародей не слишком-то владел хитростями иллюзий, все больше полагаясь на силу и подлости.
– Актеры собрались! Отличная сцена в моем кукольном театре! Пожалуй, так и поступлю с оставшимися льорами! Я милосерден, разве нет? – скандировал Нармо. – Будете храниться у меня в сундуке в одном из этих забавных миров. Или даже в разных. Сарнибу разве только засушу в гербарий: все равно он почти расплющился под спудом собственной библиотеки.
«Инаи! Немедленно направь силу своего талисмана! Ты сможешь! Это твой мир! Открой его для моего янтаря, чтобы я выбрался!» – направил мысленное послание Раджед. Телепатия им всем давалась с трудом, если говорили не с Сумеречным Эльфом, но ситуация сложилась отчаянная. Нармо и правда вознамерился без магии раздавить врага, очевидно, чтобы еще больше поглумиться. Может, в конце концов он собирался уничтожить весь иллюзорный мир, однако медлил, растягивал изощренное удовольствие.
Раджед перескакивал по обломкам кристаллов, проскальзывал под обрушенными природными колоннами, взбирался на завалы, чтобы едва не угодить под новые. Нармо громогласно смеялся, отчего почти лопались барабанные перепонки. Враг упивался своей силой, и Раджед в те пугающие мгновения в полной мере понял, что чувствовала София на руднике. Совершенно беспомощная, один на один со страшной силой. Льор возненавидел себя за это, ярость жгла его настолько, что, казалось, расплавила бы камни.
Однако тут же Раджед осознал: это его талисман раскалился, принимая магию цаворитового чародея. Инаи улучил момент, чтобы передать свою силу, поделиться тайным кодом, на основе которого создал все эти ослепительные миры, полотна дерзкого художника.
Янтарный льор увидел ныне не линии, а именно множество сплетенных шифров, шестеренок – безусловно, это было не живое творение, однако невероятно реалистичное. Но Нармо не позволил в полной мере насладиться зрелищем. И вновь Раджед представил, что София тоже заметила красоту угасающих цветов на руднике, однако двинулась вперед, потому что превосходящая сила не оставляла ей иного выбора. Двигаться или умереть.
И чем же тогда он отличался от Нармо? Каким благородством так хвалился? Раджед стиснул зубы и сжал кулаки, гнев разрывал нереальные небеса. Хотелось крепко врезать себе из прошлого без лишних слов. За весь этот снобизм, самоуверенность, слепоту. Он-то считал, что непобедим! Он-то провозгласил себя эталоном для подражания и обожания. Да с чего бы?
И досада от самонадеянности нашла выход, когда тело подкинуло вверх, выталкивая из липкого киселя невидимой мембраны. Раджед вылетел на опешившего Нармо с десятью выброшенными вперед когтями. Магия пала, иллюзорный мир с прощальным звоном разбитого стекла затих на зелени каменных плит.
Однако яшмовый чародей не позволил застать себя врасплох. И с выучкой превосходного бойца ответил немедленной обороной и атакой: левой рукой с когтями прикрывал себя как щитом, правой же нанес ответный удар.
«Вот такой поединок мне больше нравится!» – безмолвно прошипел Раджед. Лишь на тонких губах отразилась почти победная улыбка. Он намеренно воскрешал и воскрешал это ощущение предельного понимания Софии на руднике, чтобы больше ненавидеть себя из прошлого, отчего ярость атак достигала предела. Но не переходила в неосторожное бешенство.
Нармо не сдавался, лишь скалился в ответ. Черными крыльями развевался его кожаный плащ, гулко цокали по полу подкованные железными пластинами сапоги. Но на подлые приемы бандита янтарный льор уже не повелся бы. И Нармо это знал. Он все подбирался к замершему Инаи, надеясь вновь повторить подлый трюк.
– Даже не пытайся! Ты забыл, что янтарь тоже управляет иллюзиями? – осадил его Раджед, подкрепляя слова аргументом в виде удара мечей.
