Душа моя - элизиум теней полностью

« Если скупость и любовь к дешевке практична, то моя мачеха в высокой степени обладала

этим качеством. В то время носили белые чулки, но она где-то выискала для меня красные, которые отравляли мне жизнь. Когда мы с мачехой чинно уселись против бабушкиного

кресла, я сразу почувствовала себя в состоянии депрессии. Мне казалось, что и бабушка, и

сидевшая позади нее с вязаньем горничная (бывшая крепостная) с изумлением смотрят на

мои толстые красные ноги. «Гусь лапчатый», – дразнили меня братья. Я тихонько

соскользнула со стула и пробралась к окну. Был солнечный осенний день, и я никогда не

забуду чудесного вида Невы с Петропавловской крепостью вдали».

« Детская сделалась «комнатой мальчиков», а я начала свое странствование на диванах в

комнатах общего пользования. Оно продолжалось с короткими перерывами в течение

15 лет, до замужества. С тех пор я поняла, что своя кровать – это великая вещь, ей

передается что-то от индивидуальности хозяина, это его друг, его дом. Диваны, высокие, низкие, со спинками, без спинок, клеенчатые и кретоновые, с клопами и без клопов

мерещатся мне, определяя каждый отдельный этап моей жизни».

«При большой взаимной любви первое стирается, второе прощается, и последующая

реакция часто еще обостряет любовь. Но вот на моем опыте я убедилась, что

катастрофичен союз, в котором одна сторона своим поведением и суждениями смертельно

оскорбляет другую, не понимая, в чем дело. Часто задается вопрос: «Да что же тут

оскорбительного? Неужели я не имею права так говорить и так поступать?». Тут пропасть, и подать руки через нее невозможно. Все это не мешает человеку быть умным,

образованным, просто даже эрудитом и культурным с общепринятой точки зрения. И

душевно люди эти совсем не плохие, но какое у них мещанское представление о мужской

порядочности и благородстве. Причина кроется, по всей вероятности, во взгляде на

женщину, которую даже при большом чувстве считают низшим существом. Никогда не

забуду моментов пережитых унижений»!

« Я стараюсь извлечь пользу из примера деда и, остро реагируя на неизбежные в жизни

удары самолюбия, беру себя в руки, чтобы не перехватить через край. Не знаю, как у моих

предков, но у меня в той же степени развито и чувство благодарности.

Е. Б. Белодубровский

Воспоминания Евгении Алексеевны Вейтбрехт, которые она посвятила своему внуку

Андрею Черкасову

«Сказал свое слово – иди»

Арабское изречение

«Для того, чтобы писать свои воспоминания, вовсе не надо быть ни великим мужем, ни

знаменитым злодеем, ни известным артистом, ни государственным мужем, – для этого

достаточно быть просто человеком, иметь что-нибудь для рассказа и не только хотеть, но и

сколько-нибудь уметь рассказывать».

Герцен – «Былое и думы»

1. Детство

Дед мой по отцу Петр Бонифациевич Борейша был родом из мелкопоместных польско-

литовских дворян Могилевской губернии. Человек большой воли, умный, энергичный, он, как говорят англичане, «сам себя сделал» (self-made man). Начав с маленькой службы в

канцелярии, он в чине действительного статского советника дошел до крупной должности

товарища министра путей сообщения. На сохранившейся фотографии он снят с лентой

через плечо и звездой на груди. Дед сам изучил французский язык и владел им в

совершенстве. В его родовом имении сохранилась собранная им большая библиотека

французской литературы ХVIII века.

Николай I, высоко ценивший деда, как исключительно честного, энергичного работника, нашел всетаки возможным кровно оскорбить его, отдав выговор в приказе за проступок, ошибочно ему приписанный. Дед немедленно подал прошение об отставке и отбыл в свое

имение ( Журавка, Могилевской губернии).

Когда дело разъяснилось, государь, узнав об отъезде деда, командировал ему вдогонку

курьера с письмом, в котором сообщал, что ошибочный выговор снят, и он просит его

вернуться к работе. Железных дорог еще не было, тысячу верст спешно проскакал курьер

на почтовых. Он застал деда уже в Журавке. Ответ был письменный. Дед благодарил за

снятие выговора, но категорически отказался вернуться к работе. На коленях, в слезах

тщетно умоляла его наша бабушка согласиться. Он остался непреклонным. Рассказывая об

этом случае, отец добавлял, что как предшественники деда, так и его преемники по работе

наживали громадные деньги, а он ушел с чистыми руками, ушел полный сил и энергии, обрекая себя на бездействие. Думается, что за свою последующую долгую жизнь он не раз

пожалел о своем поступке.

Отец наследовал от деда такую же исключительную уязвимость и передал ее мне. Я

стараюсь извлечь пользу из примера деда и, остро реагируя на неизбежные в жизни удары

самолюбия, беру себя в руки, чтобы не перехватить через край. Не знаю, как у моих

предков, но у меня в той же степени развито и чувство благодарности.

От двух браков у деда было 18 детей. Отец мой родился внебрачным ребенком от