Он развернулся, на его лице сияла улыбка. Подойдя ближе, я увидела рядом с ним девчушку лет семи. Она смотрела широко открытыми голубыми глазами. В моей груди радостно защемило. Моя призрачная бабочка запорхала прозрачными крыльями и взмыла ввысь.
Девчушка счастливо улыбнулась и подбежала ко мне. Вцепившись в мою тунику тощими пальчиками, она запрокинула голову и звонким голосом сказала:
– А я тебя откуда-то знаю!
Моя волшебная бабочка! Крошечный кусочек твоей души остался у меня. Мой незаслуженный бесценный подарок. Спасибо.
– Я тебя тоже, – прошептала я срывающимся голосом.
Я присела и крепко обняла девочку. Ее тоненькие ручки обвили шею, и из моих глаз потекли тихие слезы счастья. Она жива. Она в порядке.
– Иттара, познакомься. Это моя дочь Эсма, – раздался над нами голос Баиша.
Мы с малышкой встали. Смотря на Баиша, я умилилась. Вечно суровый и хмурый, мужчина сейчас выглядел таким счастливым. Радость теплой волной прошлась по телу.
– Добро пожаловать домой, Эсма, – сказала я и погладила девочку по белоснежным волосам.
– Пойдем к тебе в гости, – широко улыбнулась малышка.
Не удержавшись, я тихонько засмеялась. Баиш смутился и взял ее за руку.
– Мы сходим в гости позже, – сказал он. – У Иттары сейчас много дел.
К своему новому имени я уже успела привыкнуть. Ведь кроме жреца Олей меня здесь больше никто не звал. Для всех я оставалась Иттарой.
Баиш открыл наплечную сумку, порылся там и вытащил помятый конверт.
– Отец Грэга передал ему письмо, – сказал он, опустив взгляд.
Невольно улыбнулась: с посланием он не церемонился. Краешек письма был и вовсе чем-то испачкан. С кивком благодарности приняла конверт. Открыла и прочитала. Пусть письмо и не для меня, но Грэг все равно не сможет его увидеть.
Пока взгляд скользил по строкам, несколько раз хмыкнула. «Если не приедешь по доброй воле, то всем расскажу о мертвой душе твоей жены…» Не понять мне этого человека. Сплошные угрозы и приказы вернуться. Ни слова о том, что скучает, ни капли интереса к жизни сына.
Дочитав, небрежно скомкала письмо и подняла взгляд на Баиша.
– Все в порядке? – спросила он.
– Да. Это мелочи, – вымученно улыбнулась я. – Идите отдыхайте. Дорога была долгой.
Баиш кивнул, и они направилась вперед по узенькой улочке. Девочка постоянно оборачивалась и махала мне на прощанье. С моих губ не сходила счастливая улыбка. Какая она прелестная. Моя чудесная бабочка. Я тоже развернулась и пошла к своему кармыку.
Скоро придет Арлакан и снова будет вещать о том, что все усилия бесполезны. Упрямый жрец. Посмотрим, кто кого. Пока есть хоть крохотный шанс, я буду стоять на своем.
До кармыка добралась уже взвинченная и готовая к новой схватке, что происходили у нас на протяжении последних двадцати дней. Резким движением откинула полог и пропустила дзака вперед. Какая-никакая, а поддержка. Он тоже за своего хозяина готов вступиться.
Взяла маленькую глиняную вазочку, поставила в нее цветы и отнесла к кровати Грэга. Села у изголовья и посмотрела на лежавшего там мужчину. В груди защемило от вида неподвижного тела, вокруг которого вились язычки дарующего огня.
Жизнь столь изменчива. Еще не так давно, в своем мире, я боялась, что ко мне во сне придет мужчина в огне. А сейчас безумно боюсь, что этот же мужчина в огне уйдет от меня. Аккуратно поднесла руку к его лицу и нежно погладила.
Как и все прошедшие дни Грэг никак не отреагировал на прикосновения. Мои пальцы замерли. Из груди вырвался тяжелый вздох. Почему же ты никак не проснешься? Почему лежишь здесь уже сто дней и не можешь вернуться ко мне? Я так скучаю…
Тихий скулеж Чегги, который улегся в ногах хозяина, лишь добавил тоски в мою чашу, которая и так была полна. Снова слезы обожгли щеки, но я быстро смахнула их. Не нужно Грэгу видеть их. Он должен знать, что со мной все хорошо, ведь для этого он разорвал свою душу и отдал мне ее часть.
Позади раздались звуки мягких шагов по ковру. Поджала губы. Пришел Арлакан. Я была неимоверно ему признательна за попытки спасти Грэга, но все равно не могла сдержать недовольства. Как он вообще согласился на безумную затею Грэга разорвать душу?
В первые дни после пробуждения я верила, что Грэг очнется. Тогда я прекратила злиться на Арлакана. Но сейчас… Сердце в груди снова заколотилось от негодования. Как жрец осмеливается предлагать мне отпустить Грэга? Сделала глубокий вдох и протяжный выдох. Полегчало. Встала и повернулась к Арлакану.
– Оля, что ты решила? – с легким недовольством в голосе спросил он.
– То же, что и вчера, – упрямо ответила я. – Сделай, пожалуйста, то, что должен.
Под укоризненным взглядом жреца отступила на пару шагов, давая ему пространство. Ежедневно он приходил сюда и своими руками привязывал душу Грэга к телу. По его словам, она так и не прижилась и теперь слабеет с каждым днем. Если бы не его усилия и дарующий огонь, Грэг бы давно умер.
С тяжелым сердцем смотрела, как жрец проводит манипуляции на груди Грэга. Как долго я еще смогу заставлять Арлакана удерживать душу Грэга?
Жрец устало поднялся и посмотрел на меня сочувствующим взглядом. Подошел ближе и сказал:
