– Что за граница? – удивилась я.
На меня смотрели изумленные глаза травницы. Неужели я упустила из виду нечто важное?!
– Милая моя, ты с горы упала? Мы все тут заперты. В забытые земли можно только войти, но не выйти. Не знала?
Вот же! Как я могла упустить столь важный момент? Хорошо же я разведала информацию о новом мире! Тут же постаралась исправить свою оплошность и со всей страстью допросила Наи.
После услышанного у меня появился дополнительный стимул помочь Грэгу. Я не хочу на всю оставшуюся жизнь застрять в этой пыльной степи!
Попрощавшись со своей учительницей, я направилась к кармыку. Сегодня я так устала, что готова была уснуть на ходу. Поэтому едва не упустила момент, когда ушасто-клыкастое чудо попыталось следом за мной проскочить в шатер.
– Стоять! – рявкнула я, позабыв о том, что меня могут покусать за резкий тон.
Но животинка замерла и глянула таким просящим и обиженным взглядом, что, будь у меня душа, я бы точно уступила. Но… Сюрприз, блохастый! Тебе не повезло. Ночуешь под телегой. Потеснив расстроенную псину, я прошла внутрь и крепко закрыла кармык.
***
Следующая неделя выдалась суматошной. Смешалось все: люди, кони… тоги, крили и, ох, эти дзаки. Не ладятся у меня отношения со слюнявыми псинами, хоть как их назови. Никогда собак не любила. Вот кошки – другое дело. Не видно, не слышно, а самое главное – не раздражают мой нос.
Он и так всю неделю страдал от вони, пока тогов и крилей не отвели подальше от лагеря и не разбили на группы. Их разделяли глубокие рвы, чтобы животные не смешивались.
С удивлением узнала, что тоги впадают в спячку в период беременности. Часть из них уже готовили к длительному сну. Работой занимались женщины, обтирая и причесывая животных. Предлагать свою помощь не стала, так как Грэг наконец-то принес гончарный круг.
Несколько дней я привыкала к инструменту и искала подходящие материалы. Еще пару дней обучала юных девчушек новому мастерству. Все же женщины – создания любопытные, и вскоре около нас начала останавливаться то одна, то другая. Я пользовалась моментом: болтала и узнавала последние новости дакриша.
Стало известно, как много и каких заключалось союзов, сколько было разводов, скандалов и рождения малышей. Однако больше всего народ волновало, зачем дакриш прибыл к самым границам забытых земель. Условия здесь не лучшие, забот всем только прибавилось. Последнее обсуждалось с неохотой. Дел предстояло много: переработать собранные в пути дары природы, заготовить мясо, высушить шкуры, наплести новых ниток и тканей. Несмотря на количество работы, чувствовалось и облегчение: радовала передышка от дороги. Все устали от быстрого темпа.
Посмотреть на новинку из моего мира в первый же день пришел и жрец. Он молчал, но с интересом наблюдал, как глина в моих руках приобретает форму. Не стала терять времени и решила узнать у него про местную фауну.
– Арлакан, ты не знаешь, почему ваши животные похожи на тех, что в моем мире, но больно уж странные. Словно мозаику неверно собрали.
Жрец попросил описать нескольких земных зверей. С удовольствием это сделала, даже ностальгия нахлынула. Когда закончила, Арлакан почесал гладко выбритый подбородок.
– Точно не знаю, но слышал, что у творцов есть огромный котел всякого добра для миров. Что вытащили оттуда, то и соединили.
Я была близка в своих предположениях о пазлах. Непроизвольно хмыкнула и потянулась к чашке с водой, но в следующим миг меня скрутило, и я рухнула на землю.
Удивленно уставилась на сапоги жреца, не понимая, как так вышло. Грудь стянуло в тугой узел, воздуха не хватало, перед глазами поплыло. Опять. Не обращая внимания на мужчину, я свернулась в калачик и стала ждать, когда закончится приступ.
Арлакан присел передо мной на колени и начал делать загадочные пассы руками. Казалось, он ловит юркую птичку. Его ладони встретились, и он с силой зажал в них невидимое нечто. Лицо жреца скривилось от усилий. Что он делает?
– Какая колючая, – недовольно пробормотал он и резко ударил меня в грудь руками.
Я громко застонала от нахлынувшей боли и попыталась отстраниться, но Арлакан держал крепко.
– Не дергайся! Попробую привязать.
Пытка длилась недолго, и вскоре мне полегчало.
– Что это было? – прохрипела я, с трудом садясь на землю.
– Твоя пустая душа рвется из тела и стремится уйти. Я как мог привязал ее. Станет немного легче, но ненадолго. С каждым днем ее желание покинуть тебя будет только расти. Не тяни с разрывом даами, – сурово закончил жрец, поднялся и ушел, не попрощавшись.
С трудом встала и отряхнула одежду. Так вот откуда боль. Душонка моя, значит, побег устраивает, поганка. Наверное, про это и говорил старец из парка: пустая душа хочет сказать «аривидерчи» и отправиться в межмировое пространство. Чтобы она больше не дергалась, я должна выполнить желание Грэга? Заскрипела зубами от злости. Не люблю, когда не понимаю, что происходит. Как моя душа может быть связана с желанием Грэга? Бред собачий!
