Действительно, у них всё было отлично. Им, молодым, было очень весело. Но новогодняя ночь пролетает быстро, и они с Сергеем возвращались домой. Марина всю дорогу смеялась, делилась с ним своими впечатлениями о его друзьях, вспоминала, как праздновала Новый год дома и в институте и вообще, тарахтела как всегда, практически без остановки. Сергею ничего не оставалось, как только слушать её и кивать в ответ.
Он провёл её до самой двери, и когда она подняла глаза и сказала:
- Спасибо, что позвал меня. Было очень здорово и весело. Ну, ладно? Я пошла? – он наконец-то решился сделать то, что давно хотел, взял её руки в свои и спросил:
- Марина, можно я тебя поцелую?
Она не ожидала такого поворота. Ей этого совершенно не хотелось, но она не знала, как сказать об этом парню, с которым сегодня было так весело, и который всегда так хорошо к ней относился. Она промолчала и стерпела этот его неловкий поцелуй. Но когда он, ободрённый тем, что его не оттолкнули, обнял её за талию и попытался повторить – поняла, что не может, не хочет больше. Марина выскользнула из его сцепленных рук и, посмотрев немного виноватым взглядом, сказала:
- Серёжка, не надо. Мне идти пора. И тебе. Давай. Пока. Увидимся, - и быстро шмыгнула в квартиру, закрыв за собой дверь.
А раздевшись и оказавшись в постели, она вспоминала совсем другие объятья, решительные и крепкие, и его, того, кто держал её в этих объятьях. Она вспоминала его взгляд и улыбку, его сильные руки и уверенный тон в разговоре. И ночью ей снились другие поцелуи. Те, которых ещё не было, но о которых она уже мечтала, которые уже во сне обжигали, заставляли задыхаться и просыпаться с учащённым пульсом и влажным бельём.
Глава 16.
Аркадий шёл по коридору гостиницы. Новогодние праздники закончились, и вчера они вернулись из Москвы, сразу включившись в деловой ритм. Уже вчера вечером был отработан очередной концерт. Вопросов по дальнейшим гастролям пока не возникло, и впереди намечался спокойный выходной день, от которого Климов хотел получить максимум удовольствия.
Настроение у певца было замечательное. С утра он выспался, съездил в какой-то местный фитнес-центр, размялся на тренажёрах, поплавал, и ему сделали отличный массаж. И сейчас, переодевшись, направлялся в ресторан гостиницы пообедать.
Неожиданно, из открывшейся двери номера, выскочила Марина, как всегда не глядя вокруг и чуть не сбив его с ног.
- Ты куда так летишь, чудо? – Климова это только развеселило.
- Извини. Я в парикмахерскую опаздываю, по записи, - вспыхнув и отведя глаза, Мариша почти бегом понеслась в сторону лифта.
Задумавшись на минуту, певец открыл дверь номера и вошёл. Ксюша стояла в коротком халатике перед большим зеркалом и делала макияж.
- Привет, - Аркадий подошёл сзади, обнял за талию и поцеловал в шею. Ксюша даже не шелохнулась, продолжая водить кистью по лицу.
- Привет, что надо?
- Могла бы хоть вид сделать, что рада.
И, не получив ответа, предложил:
- Пойдём, пообедаем.
- Хорошо, - после минутной паузы согласилась девушка. – Только дашь мне потом Андрея, мне в город нужно.
- Идёт, - улыбнулся Климов. Он ждал этого. Последнее время Ксюша всегда от любого общения с ним выторговывала что-то для себя. Но он смотрел на это спокойно. Он искренне восхищался Ксюхой, которая всегда умела выглядеть потрясающе. И сейчас он любовался её отражением в зеркале.
У стола на спинке стула висела приготовленная одежда. Ничуть не смущаясь, она подошла к стулу, сбросила халатик, оставшись в одних кружевных стрингах, и взяла бюстгальтер. В два шага Аркадий оказался рядом. Нежно, но крепко обнял, привлёк к себе, уверенно отбирая деталь белья. Бюстгальтер полетел на пол. Его губы и руки начали скользить по телу, поглаживая и лаская те самые чувствительные потайные места, которые так хорошо были ему известны.
- Ксюнюшка, красавица моя, давай. А? – Климов захотел её, как только вошёл в комнату, и сейчас не мог упустить такой шанс.
- Пусти, - она попыталась резко вырваться, но Аркадий сразу почувствовал, что она колеблется. Если бы девушка действительно была против, ему оставалось бы только спасаться бегством.
«А ведь у неё не было мужчины, пожалуй, месяца три, с начала гастролей, - успел подумать певец, - в Москву она не летала, а со своими музыкантами Ксюха - никогда и ни за что….».
- Ну, чего ты? Давай! Ты же тоже хочешь. Нам с тобой будет так хорошо, так приятно, ты же знаешь. Я сделаю всё, как тебе нравится. Ты расслабишься. А потом мы вместе по магазинам проедемся, – он пустил в ход тяжёлую артиллерию. – Ксюнчик, милый, ну давай.
