Я тряхнула головой от неожиданности, так как хотела сказать о другом, и попыталась вернуть его в прежнее русло разговора:
– При чём здесь…
– Просто ответь.
Я, скрестив руки на груди, уставилась на него, не находя нужных слов. И по внутренним ощущениям поняла, что начинаю краснеть.
Он понимающе кивнул, а потом сказал, глядя в сторону поверх моей головы:
– И ты ещё будешь утверждать, что это было ничего не значащее знакомство.
Тут он резко повернул голову и снова уставился на меня:
– Хотя, знаешь, я ведь могу говорить только за себя. Может, ты и забыла меня сразу, как только оказалась за дверью нашего номера. Но я не собирался всё так оставлять. Я уверен, что всё равно со временем нашёл бы тебя или мы снова встретились бы. Случайно.
Тут в моей голове пронеслась догадка, которую я поспешила проверить:
– Я правильно тебя поняла? После рождения вашего с Катей ребёнка ты хочешь рассказать ей о нас? Всё рассказать?
Он, очевидно, уловил мои опасения.
– Сначала хотел, – он заметил мой гневный взгляд и остановил меня жестом руки, – но потом решил, что это ни к чему и совершенно не стоит так поступать с вами обеими. Она к тебе прониклась симпатией, и вообще она очень душевный человек, мне бы не хотелось, чтобы она разочаровывалась в людях.
Я вопросительно подняла бровь и сжала зубы.
– Ну хорошо, не так выразился. Не в людях, в жизни. В виновнике всей этой ситуации она ещё успеет разочароваться. А потом, уже после развода, можно будет открыто сказать о наших отношениях: откуда она может узнать, когда именно мы начали общаться.
– Подожди, подожди… – теперь уже руку вперёд выставила я. – О каких отношениях, – я сглотнула, – о наших отношениях ты говоришь?
– А для чего я по-твоему уговаривал тебя встретиться? Нам нужно обсудить, как мы теперь будем…
– Мы… Будем… Кирилл, что ты такое говоришь? Я тебя выслушала, узнала, по-моему, даже больше, чем положено, но на этом давай попрощаемся. Скажем так: я тебя услышала, может быть, не всё поняла и не со всем согласна, но будем считать – инцидент исчерпан. Чего ты ещё от меня ждёшь?
– Тебя, – я услышала его тихий и простой до бреда ответ.
Я решительно встала со скамейки и вытянулась в струну, которая вся состояла из моих нервов и возмущения.
– Я не прошу тебя давать ответ прямо сейчас. Можешь подумать обо всём, – Кирилл, очевидно, решил ненадолго сдать позиции.
– О чём? – я чуть ли не прокричала эту фразу ему в лицо.
– Мы могли бы видеться. Сейчас. Хоть иногда. – Кирилл говорил с остановками, как будто на ходу подбирал слова и выстраивал их в надежде быть убедительным.
Я подошла к нему почти вплотную и, запрокинув голову, стала говорить полушёпотом, резко двигая при этом губами:
– Больше ничего на ум не пришло? Я – лечащий врач твоей жены.
Я вдруг заметила на лице Кирилла, расположенном в паре сантиметров от моего, чёткое отражение того, что он намеревается сейчас сделать, и отступила назад.
Отдышавшись, я продолжила:
– Ты считаешь нормальным предлагать близкие отношения человеку, от которого во многом зависит здоровье твоих жены и будущего ребёнка? Не боишься, что связь с тобой скажется на моём отношении к профессиональному долгу?
– Нисколько, – Кирилл переступил с ноги на ногу, – и за своих жену и ребёнка я совершенно спокоен, раз они под твоим наблюдением.
Я смотрела на него и не могла понять не только его, но и своё собственное отношение к нему. Насколько можно доверять его словам от первого до последнего? Кирилл явно не производил впечатление человека, который к своим сорока пяти годам вёл жизнь скромного, даже страдающего семьянина и не накопил противоречивого жизненного опыта, особенно в общении с противоположным полом. С другой стороны, какое мне было до этого дело? Ведь не мне выпало счастье семнадцать лет сначала купаться в его любви, а потом получать её подобие как благородное одолжение. В мои планы входило завершить наш разговор как можно быстрее и отправиться по своим делам.
– Мне пора. Я и так уделила тебе больше внимания, чем могла себе позволить. Думаю, самым правильным для тебя сейчас будет сосредоточиться на предстоящих родах супруги и помочь ей подготовиться к этому событию. Я со своей стороны и так делаю всё, что от меня требуется, так что…
– Я тебя отвезу, – Кирилл как будто не слушал меня. Наверное, он рассчитывал возобновить разговор в машине и надеялся на успех в связи со сменой обстановки.
– Не стоит. Я ещё немного погуляю, – я выразительно посмотрела на него, – в одиночестве и доберусь домой сама.
Кирилл, очевидно, и сам уже понял, что перестарался сегодня со своей настойчивостью и объёмом информации, которой заполнил моё неподготовленное сознание, поэтому просто спросил:
– Когда мы увидимся?
Я, шумно выдохнув, опустила голову на грудь, нервно сжимая кулаки в карманах.
Кирилл, казалось, старался не замечать моей реакции:
– Серьёзно: я хочу услышать от тебя ответ. Нет, не сейчас, когда обдумаешь всё спокойно.
– Я абсолютно спокойна. Ничего не будет.
Он перестал себя сдерживать:
– Но почему? Инга, что изменилось? Тогда, в гостинице, ты не со мной переспала или я не был тогда женат?
