Праздник Дня Всех Стихий закончился, но легче от этого не стало. Даже тот факт, что я, Дарья Лукина, иномирянка и не по своей воле адептка Академии Стихий, теперь не изгой, не вдохновляет — увы, сложно радоваться жизни, когда Каст, «король» нашего факультета и сын бога Огня по совместительству, обещал добить, а не добиться, а загадочный куратор первого курса Эмиль фон Глун проявляет интерес, который я себе объяснить ну никак не могу. Больше того, предстоящие индивидуальные занятия с лордом Глуном пугают до дрожи.Но пути назад нет, а раз так — не остается ничего другого, кроме как продолжать бороться. И доказать, что девушки с Земли не сдаются!
Я лежала на кровати и, натянув одеяло до подбородка, смотрела в потолок. Вернее, разглядывала потолочные балки чердака башни Огня, где с некоторых пор проживала.
В ногах, устроившись поверх одеяла, спал пушистик-твир. Кузя сопел сладко и громко, а вот со стороны старинного напольного зеркала, заключенного в тяжелую бронзовую раму, никаких звуков не доносилось. Но я не сомневалась: уж кто-кто, а Кракозябр точно бодрствует, призракам ведь сон не нужен.
За окном тихо шелестел дождь. Не ливень, а так, недоразумение. Однако однообразный перестук капель упорно не давал сосредоточиться. Мысли, словно назло, путались самым бессовестным образом. А мне очень многое необходимо было обдумать.
События вчерашнего дня, к сожалению, ничего не прояснили, только, наоборот, окончательно сбили с толку.
Вот, например, ситуация с Кастом. Неожиданно выяснилось, что он полубог, сын Ваула и, судя по всему, обычной женщины. И, с одной стороны, Каст мне вроде как симпатизирует, причем настолько, что от собственной мачехи спас. С другой — тут же нарычал и затребовал оплату. Да, поцелуй, но, черт побери, он же видел, что я в тот момент находилась практически при смерти! Что это, если не утонченное издевательство?
Или вот взять отношение бога Огня ко всему произошедшему. Почему Ваул не вмешался, когда его жена попыталась меня убить? Верить ли объяснению Каста, что эту обязанность бог возложил на сына? Или главный огневик попросту сбежал от скандала, подобно тому, как поступил в легенде, а меня «слил»? Мол, один раз помог, и хватит. Тоже вопрос неясный.
Неизвестно также, как теперь поведет себя по отношению ко мне жена Ваула. Искренне надеюсь, что она мной больше не заинтересуется, потому что заметила интерес Каста к моей персоне. Однако это, конечно, слабый аргумент. Тем более богиня, судя по всему, весьма ревнива, а ревнивые женщины, как правило, очень мстительны. И им плевать, что «соперница» надумана.
Кстати, как она вообще обо мне узнала? Ведь храмов Огня по всему Полару наверняка довольно много, как и танцовщиц. Хотя, пожалуй, ответ на этот вопрос очевиден: Шанарин. Более чем уверена, что именно эта завистливая мегера на меня богине указала. Вот только наказать Шанарин вряд ли кто возьмется — жрица все-таки. Уважаемая. А из доказательств только слово иномирянки.
Ну и главная проблема — неоднозначная ситуация с профессором Глуном. Будь это кто угодно другой, после вчерашнего я бы решила, что ко мне проявляют вполне мужской интерес, но… но это ведь Глун! К тому же, пока он меня до комнаты донес, все нервы вымотал своими язвительными комментариями!
Одно хорошо: никто не видел меня на руках у полуголого куратора. Не знаю, почему так вышло, но ни в храме, ни на территории академии, ни даже в общаге нам с Глуном никто не встретился. И слава богу!
В общем, понять, каково на самом деле отношение куратора, сложно. Лучше бы он относился ко мне по-прежнему, честное слово. Мол, Даша, ты изгой и крутись, как хочешь.
Не выдержав, я тихонько вздохнула.
— О чем ты там так усиленно думаешь? — тотчас подал голос Кракозябр. — Что стряслось?
Каюсь, вчера о произошедшем в храме я рассказать не смогла. Причина банальна, — сил после всего этого не осталось. Единственное, на что меня хватило, — раздеться и нырнуть в кровать. Я даже грим с лица не смыла. А вот сегодня…
— Зяб, я, кажется, в депрессию впадаю.
Раздался тяжкий вздох. За ним еще один. Потом третий, исполненный особенного, прямо-таки вселенского мучения.
То есть кто-то издевался, совершенно не тронутый моим откровением. А почему, спрашивается?
— Зяба?
Призрачный монстр ответил не сразу, и теперь он не вздыхал, а натурально ворчал:
— Можешь не рассказывать, что случилось, я уже знаю. Вся общага только о празднике и говорит, я по макушку наслушался. Представляешь, все в таком шоке, что даже на запрет покидать комнаты не жалуются, хотя обычно…
— Запрет? Какой запрет? — недоуменно перебила я.
— Вчера, после твоего танца, всех студентов по комнатам загнали, — пояснил монстр без энтузиазма. — И до утра выходить запретили. Под страхом отчисления.
Хм, интересно. Вот только как бы преподы узнали, что кто-то из комнаты вышел? Ведь это Полар, а не Земля, тут камер слежения нет. А охраны в коридоре я не видела. Или опять магия?
Я хотела расспросить об этом Зябу, и даже открыла рот, но тот перебил:
— Так вот, Даш. Хватит бессмысленно вздыхать. Уж чего-чего, а повода впадать в депрессию у тебя точно нет. Если ты до сих пор не поняла, поясняю: от твоего танца все в диком восторге.
А я вправду не поняла. Просто потому, что ситуация с моей стороны выглядела совершенно обратным образом. О чем призраку и сообщила:
— Зяб, не знаю, о чем говорят в общаге, но я не справилась. Понимаешь? Я не закончила этот танец и вляпалась по такое «не балуйся», что…
— Ну, вляпалась, — не стал спорить Кракозябр. — И что?
— Что? — Нет, с ребусами у меня сегодня определенно проблема.
