Копии записей Мартион передал тем же вечером. Судя по скорости развития событий, он подготовился заранее и просто ждал удобного момента, чтобы «завербовать» меня в союзники.
Ридия всё ещё находилась в лазарете, поэтому вечером я спокойно изучала бумаги, не опасаясь, что меня в чём-то заподозрят или уличат. Правда, разобраться в полученной информации пока не получалось. Записи, сделанные от руки, периодически обрывались без намёка на продолжение, словно там отсутствовали какие-то листы, а местами были так тщательно перечёркнуты, что ни словечка прочитать не удавалось. Большую часть слов и названий я видела впервые, так что это точно не простейшие школьные ритуалы. Но вот словосочетание «Атака душ» показалось смутно знакомым. Кажется, оно упоминалось в книге по истории как одна из ныне утраченных способностей проводников. Неужели бабушка ею владела? Это же почти легенда!
Отложив в сторону остальные листы, я с трепетом склонилась над выбранным, а услышав шорох со стороны двери, машинально спрятала бумаги за спину и резко выпрямилась. Появление Никея стало полной неожиданностью. Мы сегодня о встрече не договаривались. Наверное, появилась новая информация или что-то случилось, вон как он мрачен и напряжён. Тщательно подавляемые в течение дня тревога и паника вырвались на свободу.
— Ты что-то узнал?! — вскочила я взволнованно.
— Пока нет, — Никей смотрел на меня как-то странно, словно хотел, но не решался о чём-то спросить. — Я поговорил с другом отца. Даже показал свои воспоминания о твоём сне. Он обещал помочь с поиском законного наследника. В этом, оказывается, очень многие люди заинтересованы.
Мне стало тревожно. Зачем он всё рассказал? Да ещё с демонстрацией воспоминаний! Я до сих пор не была уверена в том, что стоило кого-то посвящать в нашу тайну. Как бы хуже не стало! Но что сделано, то сделано.
— Он нас не выдаст? Ему точно можно доверять? — вздохнула обречённо.
— Ему — можно, — уверенно сказал Никей и, нахмурившись, с неприязнью в голосе добавил: — а вот белобрысому выкормышу Доргана, который постоянно возле тебя крутится, — нет!
Это он на Мартиона намекает? Неужели наше общение за завтраком было похоже на излишне тёплое и доверительное?
— Ты ему ничего не рассказывала о том, что удалось вспомнить? — снова озадачил жених странным вопросом.
С чего бы? Я же не сумасшедшая всем подряд о таком рассказывать? Но ещё больше вопроса мне не понравился взгляд собеседника. Плескалась в его карих глазах непривычная едкая горечь, настолько концентрированная, что настроение целителя невольно передалось мне.
— Нет, конечно. Я ещё из ума не выжила. А почему ты спрашиваешь? Что случилось?
— Вот и хорошо. Не рассказывай, даже если очень захочешь, — вместо ответа загадочно наставлял жених, продолжая хмуриться и отводить взгляд. Его поведение мне не нравилось, поскольку сбивало с толку. — Нельзя ему доверяться.
— И почему же я должна этого захотеть? — уточнила настороженно.
— А может быть, ты вообще передумала идти против Доргана? Если да, лучше скажи сразу, — огорошил Блордрак очередным непостижимым выводом, на котором моё терпение закончилось.
Я решительно подошла к жениху, вынуждая его не отворачиваться, а смотреть прямо в глаза, и сурово спросила:
— Ты можешь нормально объяснить, что происходит? К чему все эти непонятные вопросы? С какого перепуга я вдруг должна передумать насчёт Доргана?
— Я видел, как ты дала Мартиону иргаль, — сухо признался Никей. В его голос просочилась та же горечь, что наполняла взгляд. — Так что рано или поздно всё равно примешь его сторону. Говорят, этому нельзя сопротивляться. Не понимаю только, что ты в нём нашла? Он же продаст тебя деду по первому требованию!
Так вот откуда ветер дует! Я почувствовала облегчение и досаду одновременно. Да у нас тут самая настоящая сцена ревности намечается. Только непонятно кого ревнуют — меня или мой дар, к которому прилагаются деньги отца?
— А как я срывала иргаль, ты видел? — спросила сердито. — Не видел, но уже всё для себя решил. Почему ты вообще за мной следил?
— Я не следил, просто ты казалась расстроенной, вот и пошёл следом, — возразил Никей уже менее уверенно.
— Быстрее ходить нужно — не пришлось бы придумывать всякие глупости! Эту треклятую ветку сорвал Мартион для своей девушки, на которой ему запрещают жениться. Он просто хотел показать, что мечтает избавиться от Доргана не меньше меня, и предложил сотрудничество.
Пришлось пересказать подробности нашей беседы со шпионом. Блордрак успокоился и заметно расслабился, но вывод в итоге сделал прежний:
— Ему нельзя верить. Влюбился, как же! Да я за всё время обучения в академии ни разу не слышал, чтобы он с кем-нибудь встречался или хотя бы просто проявлял интерес к кому-то из девушек.
— А как же сорванный иргаль?
— Он мог подготовиться заранее и закрепить на дереве уже сорванную кем-то ветку. В любом случае этот Мартион ведёт какую-то свою игру и пытается использовать тебя в своих интересах.
Разве только он? Здесь каждому второму от меня что-то нужно, включая самого Никея, но с ним у нас хотя бы взаимовыгодное сотрудничество.
