— Даже если так, пока что нам это на руку, — пожала я плечами, задумчиво перебирая записи бабушки. — Мартион прикрывает нас перед Дорганом и сумел раздобыть ценную информацию.
— На то, чтобы освоить эту ценную информацию, тебе потребуются годы, в лучшем случае месяцы, а не несколько дней, — не разделял моего оптимизма целитель, тоже всматриваясь в исписанные красивым бисерным почерком листы.
Тему злополучного иргаля мы больше не поднимали. Никей старательно делал вид, что ничего не произошло. Из его глаз ушло то неприятное тягостное выражение, но он явно чувствовал себя неловко из-за сложившейся ситуации. Я же решила проявить милосердие и не подливать масла в огонь, хотя и очень хотелось понять, что им двигало в первую очередь — ревность или корысть? Ладно, сейчас не время и не место выяснять отношения.
— Ничего, буду тренироваться больше и усерднее, — возразила на его замечание.
— Вот этого я и боюсь, — помрачнел целитель. — Доведёшь себя до истощения, а рядом никого не окажется, чтобы помочь.
— Не беспокойся, я буду осторожна, — вздохнула, понимая, что выполнить обещание вряд ли получится. До бала осталось совсем мало времени.
Стоп! Я вдруг поймала себя на пугающей мысли. А ведь именно на балу Дорган обещал представить меня королю. Человеку, который убил маму у меня на глазах! Не представляю, как буду сдерживаться и изображать почтение, глядя в лицо её убийце! А он сам, узнав кто я, не захочет ли завершить начатое и избавиться от меня раз и навсегда?!
— Ничего он тебе не сделает, — уверенно возразил Никей, когда я поделилась сомнениями. — Ты нужна Доргану, значит, он нашёл способ убедить всех участников тех событий, что его внучка не опасна. А вот сдержаться, боюсь, я и сам не смогу, — помрачнел он, грозно сдвинув брови к переносице, и удивил неожиданным заявлением: — Будем друг за другом присматривать, чтобы дров не наломать.
— Разве мы идём на бал вместе? А как же наша ссора? — Честно говоря, эта конспирация уже порядком надоела — не спросить ничего лишний раз, ни словом нормально не обмолвиться. Предстать перед врагом в одиночестве тем более не хотелось. Вдвоём не так страшно.
— Мы всё ещё помолвлены, так что ты идёшь со мной, как того требуют приличия, — кивнул Блордрак, немного успокоив.
— А как Вэйза эту новость восприняла? — не удержалась я от подковырки.
— Идеально. Второй день со мной не разговаривает, — мечтательно вздохнул целитель. — Оказывается, для счастья нужно немного — всего лишь, чтобы рядом никто часами не трещал о балах, нарядах и знаменитостях. У меня, кажется, до сих пор в ушах звенит.
— Так тебе и надо! Будешь знать, как девушек обманывать. Значит, идём вместе, а вести себя как будем? Снова придётся разыгрывать спектакль?
— По обстоятельствам. Но по-моему, в конспирации уже особого смысла нет.
— Точно, — я резко погрустнела, вспомнив подробности недавней беседы с сыном храмовника. — Мартион сказал, что Дорган собирается прибрать меня к рукам сразу после бала. Он уже всё решил и спланировал. Так что нюансы для него никакого значения не имеют.
— Не бойся, с Дорганом я разберусь. У меня есть план, — заявил вдруг жених, нервно меряя комнату большими шагами — от окна к двери и обратно. — А вот как быть с королём — пока не знаю. Надеюсь, скоро появятся новости о принце.
Его слова скорее напрягли, чем успокоили.
— Какой ещё план, что ты собрался делать?
— Извини, пока не могу рассказать, — покачал головой этот упрямец, заставив нервничать ещё сильнее. — Но деда можешь не бояться. Он до тебя не доберётся. Не успеет.
Больше из него ничего вытащить не удалось, а когда я начала настаивать на подробностях, Никей просто сбежал, напомнив напоследок, чтобы не злоупотребляла занятиями магией.
— Это уж как получится, — проворчала вслед, снова склоняясь над бабушкиными записями.
Времени очень мало, нужно успеть научиться хоть чему-то похожему на реальную защиту. Но взгляд и мысли против воли и логики возвращались к древней практике «Атака душ», освоить которую шансов практически не было.
С занятиями я всё-таки перестаралась. Упражнялась несколько часов подряд и утром едва смогла подняться с постели. Чувствовала себя так, словно отработала в кафе две смены подряд, ни разу не присев. Пожалуй, Никей прав — нужно поумерить пыл.
Пока умывалась и одевалась, в комнате появилась недовольная Ридия.
— Доброе утро, тебя уже выписали? — улыбнулась я ей, борясь с желанием вернуться в кровать и проспать до вечера.
— Твой жених — бесчувственный грубиян, — заявила она вместо приветствия. — Даже слушать ничего не стал — заявил, чтобы я возвращалась к учёбе. А ведь мне всё ещё плохо.
Ридия явно была расстроена, но больной не казалась. Ясно. Видимо, кое-кто решил таким образом сдержать мою тягу к неконтролируемым магическим занятиям. Ну и где теперь практиковаться? Впрочем, сегодня кроме теории мне всё равно ничего не светит.
