По пути я много раз мысленно возвращалась к моменту, когда поняла, что рядом со мной находится Кристиан. В особенности к его монологу об искусстве, который лишил спокойствия и оставил румянец на моих щеках.
Со дня последней встречи с Алисией прошло немало времени. Тогда я пробрался в приютский сад, чтобы еще раз взглянуть на нее. Она не была расположена к разговору, за что не смел ее осуждать. Неизвестно, как бы поступил я на ее месте. Оставалось только ждать.
Чтобы минуты не казались мучительными, я погрузился в творчество. Лишь оно было способно вобрать в себя все мои переживания. Еще никогда прежде я не был так близок к искусству, как сейчас. Недавно я увлекся написанием пьесы для школьного спектакля с весьма интересным названием «Падший ангел». Преподаватель говорил, что у меня хорошо получается. Но я работал днями и ночами не для всеобщего признания, а чтобы выплеснуть на бумагу чувства, не поддающиеся контролю. От воспоминаний о зеленых глазах Алисии душа переполнялась возвышенными эмоциями. Мое тонкое чутье позволяло преобразовать страдания в проникновенные строки.
В последнее время я ощущал себя уязвимо. Неведомые чувства меняли меня, делали другим. Только непонятно, как расценивать качество происходящих изменений.
С одной стороны, это необычно. Никогда прежде мне не доводилось чувствовать бешеный стук сердца в присутствии другого человека или тысячу разрядов электрического тока по телу от случайного взгляда. Это окрыляло, вдохновляло и заставляло парить в невесомости, позволяя осознать, насколько прекрасен может быть мир. Но существовала и обратная сторона. Чувства делали меня слабым. Слабым в отношении нее. Мое непокорное и прежде холодное сердце тянулось к Алисии, словно она обладала невидимой властью над ним.
Внезапный стук в дверь в столь поздний час мог означать одно: пришел Маркус.
– Входи, Маркус, – развернувшись в сторону двери, сказал я.
Появившийся в дверном проеме парень загадочно улыбнулся.
– Как Ромео, страдаешь над письмом к своей Джульетте? – Его хитрый взгляд остановился на стопке бумаг.
Шутка не пришлась мне по нраву.
– Ты пришел по какому-то серьезному поводу? – Я вернулся к записям. – Сейчас у меня не так много свободного времени. Ты ведь знаешь, работаю над текстами.
Маркус беззаботно упал на кровать.
– Я располагаю информацией, которая может вас заинтересовать, мистер Синклер.
– Так говори, – предложил я, дописывая строку. – Слушаю.
Маркус мечтательно посмотрел в окно.
– Вчера ночью я вновь преодолел препятствие в виде забора и пробрался к своей Тее. – Парень протяжно вздохнул. – Мы беседовали на разные темы. Обычно она не рассказывает о подруге, но вчера проболталась.
Я вспомнил образ Алисии и закрыл глаза, стараясь усмирить бешеный стук сердца.
– Тея говорит, что совсем не понимает Алисию. За ней ухаживает какой-то очень хороший парень, а она его отвергает. – Лицо Маркуса стало серьезным, когда он коснулся подбородка. – И тут я задумался, кто же этот парень? Ты, что ли?
Я сидел молча, пока жгучая ревность испепеляла все внутри. Еще минуту назад мне удавалось держать себя в руках, но сейчас необузданные эмоции низвергли меня с пьедестала самообладания.
– Кристиан, ты в порядке? – Голос Маркуса, пробиравшийся сквозь туман в моем сознании, звучал приглушенно. – Ты выглядишь бледным, а твои глаза…
Опустив веки, я сделал глубокий вдох.
Сумев возобладать над чувствами, я открыл глаза и невозмутимо произнес:
– Понятия не имею, о чем говорила твоя подруга. Сейчас мне нужно закончить часть текста.
К счастью, Маркус понял, что лучше оставить меня в покое и не задавать лишних вопросов. Не говоря ни слова, парень направился к двери.
Как только он покинул пределы комнаты, я вскочил со стула. Оставаться бесстрастным было невозможно. Нервно меряя шагами пространство, я хотел уничтожить образы в голове, еще больше разжигающие костер необузданных чувств. Буйная фантазия рисовала картины, в которых Джонни касается нежных рук Алисии и смотрит в ее глаза. Тиски пламенной ревности сжали сознание и распалили чудовищный пожар в груди. Никогда прежде я не испытывал настолько сильного желания оказаться рядом с Алисией и защитить от рук невыносимого парня.
