Со дня нашего попадания в это место прошло восемь дней. По крайней мере, мы насчитали именно столько. А сколько их прошло на самом деле — к сожалению, нам неизвестно. Например, если говорить о наших внутренних ощущениях, то прошло уже где-то точно больше недели — вот настолько время, проведённое здесь, кажется медленно идущим. И конечно же, виной этому — нескончаемые риски, буквально окутывающие нас со всех сторон, из-за которых мы, порой, и на миг не можем расслабиться.
Демоны, аномалии и, наверное, самое ужасное из этого — жестокие природные условия, к которым мы не могли даже никак подготовиться. Если бы нам с этим повезло хотя бы чуть-чуть больше — это бы сразу сказалось и на всём остальном нашем выживание.
Но так как нам не повезло, то… у нас всё хреново: от демонов отбиваемся всегда из последних сил, стараясь экономить и те, так как есть риск, перенапрягшись начать терять сознание, а это в рамках имеющихся условий — верная смерть; аномалии, хоть и не столь ужасны из-за нашего медленного темпа, но всё равно доставляют неприятности, заставляя их обходить, тем самым проходя сверху ещё лишние полкилометра-километр, что, конечно же, сильно сказывается на усталости и количестве потраченного, считай впустую, времени.
В общем, в этом плане, как ни посмотри, всё просто ужасно. Чего только стоит, как мы переходили засыпанное снегом озеро, оказавшееся на деле аномалией «зыбучий лёд»…
Алисе тогда пришлось вытаскивать всех нас с помощью своего Дара. Благо, ей без особых проблем хватило на это сил, и мы все быстро узнали эту аномалию, когда она только активизировалась, вследствие чего не наделали глупостей и, можно сказать, вышли сухими из воды. Разве что ноги, ушедшие под лёд, всё равно успели замёрзнуть.
Или же, как мы прятались от демона королевского уровня, только вой которого был настолько оглушителен, что мы, находящиеся метрах в двухстах от него, едва могли контролировать наши тела и продолжать держаться на ногах. И если в случае с ним нам повезло, и мы смогли разойтись с ним в разные стороны, то вот с большинством других демонов — нет. Пускай они и были несколько слабее него.
Или, например, как мы позавчера шли порядка пяти часов к ряду в неожиданно появившемся буране: ветер отталкивающий назад и без проблем сбивающий с ног, будь мы обычными, лишённых Даров людьми; холод пронизывающий до глубины души, как не согревай себя руками; проблемы с обзором из-за бесконечно летящего в глаза снега, что будто специально целился в глаза; и нескончаемый гул в ушах, который перебивал большинство звуков, делая нас чуть ли не беззащитными для неожиданного нападения.
Однако, хоть это всё и бесспорно ужасно, но было ещё кое-что, что по своей натуре ужаснее всего остального. И о чём хочется раз и на всегда забыть, более никогда не вспоминая и надеясь, что за всю оставшуюся жизнь оно никогда вновь не повстречается тебе — ни как враг, ни как друг.
Но об этом прошлом трудно забыть, когда оно, в буквальном смысле этого слова, плетется за тобой все эти дни…
И конечно же, речь идёт о Еве.
Прогнав её в тот день, когда у неё сдали нервы и она сама вскрыла свою натуру, я думал, что тем самым обрекаю её на верную гибель. И как по мне такая участь для неё — самая подходящая. Потому как и поступить как-то иначе я не мог. Но разумеется, изначально это было всего лишь импульсивное решение, первое пришедшее мне в голову. А уже позже я и пришёл к таким выводам, мысленно убедившись в правильности своего поступка.
Тем не менее… в итоге Ева оказалась куда крепче, чем я ожидал. Вернее, чем мы все ожидали…
Никто и не мог подумать, что в ней есть такая воля к жизни: хромая, тяжело дыша, будучи уставшей, истерзанной и совершенно одинокой в разорванной одежде, ставшей обычными лохмотьями, она всё равно продолжала следовать за нами по пятам. На неё нападали демоны, она попадала в аномалии и кое-как, дрожа от боли и холода, через силу продолжала идти за нами даже в буране.
И при всём этом — ни разу за всё время, она так с нами не попыталась заговорить и хоть как-то наладить отношения, не говоря уже о том, чтобы просить прощение и умолять нас вернуть её к себе. Вместо этого она только молча и мрачно смотрела на нас со слегка приподнятыми уголками губ, словно говоря этим: — «Я и без вас справлюсь, ведь я — лучше вас. А вы как? Справитесь без меня?».
И нам было бы совершенно плевать на это, если бы… это не было так горько признавать. Без её Дара, который, казалось бы, помогал лишь немного согреваться длительные переходы стали в разы более тяжёлыми. Как оказалось, этот небольшой перерыв, позволяющий периодически выдыхать, был очень важным для всех нас. Особенно же сильно важным он был для девочки, которая первая время без него вообще едва могла идти вперёд на своих двоих, и меня, в тот момент относительно недавно получившего серьёзную рану на плече.
