— А нельзя поехать, к примеру, на день? Бумажки подписать нужные и снова вернуться в Васильевку?
— И всю переписку вести отсюда? И гостей высоких принимать, когда нужно выносить решения, касающиеся рода? И еще за фабриками следить?
— Так, для этого есть управляющие и юристы, — резонно заявил Санек. — Тебе восемнадцать только через два месяца, могут назначить опекуна в конце концов.
— А что, если этот опекун и есть убийца графа? — гнев захлестнул меня.
— Так его убили? Не сам умер? — не реагируя на мою вспышку, спросил Санек.
— Я не знаю, — буркнул я. — Давай сначала разберемся с твоим наследством, а потом с моим.
— А дядька тебе тогда что именно сказал?
— Что ты все поймешь, когда придешь на участок.
— Тогда идем быстрее, — Санек прибавил шагу. — Если поторопимся, то успеем до темноты вернуться домой. Хорошо бы было на телеге доехать, но это как повезет.
Я пожал плечами, и мы зашагали по дороге вдоль кромки леса.
Изначально я думал, что нужное нам место — это просто кусок земли без каких-либо отметок. Но на деле оказалось, что Евгений Алексеевич позаботился о символическом заборе с калиткой.
Участок большой: с одной стороны, он заканчивался у самого берега речки, с двух других уходил вглубь леса, а с четвертой смотрел на тропинку, по которой мы и пришли.
Правда, никакого сруба или хотя бы сарая на участке не оказалось.
Санек задумчиво почесал затылок и пожал плечами.
— И что я должен понять? — спросил он, разглядывая высокие сосны.
— Давай поищем получше. Может, землянка какая есть? Дядька ничего в последнее время не строил?
— Да откуда ж я знаю, два месяца его не видел, — ответил он, пробираясь через кусты дикой малины.
Я не удержался и сорвал несколько ягод. После кислого варенья тетки, они пришлись как нельзя кстати.
— Мы с тобой про пирожки забыли, — вздохнул я, пытаясь найти, где присесть.
Ноги от долгой дороги уже гудели, хотелось пить, а еще больше есть. Плюхнувшись на ближайший пень, я снова вернулся к мыслям об отце. Внутри засела какая-то странная пустота. Вроде как я и не любил его, но он все же родитель.
— Вик! Тут что-то есть! — заорал Санек из-за деревьев.
Тяжело поднявшись, я поспешил к нему. Он стоял, задрав голову, и улыбался до ушей. Я тоже глянул наверх и чуть не присвистнул от удивления.
В ветвях старого дуба виднелись плотно подогнанные доски.
— Дом на дереве? — не веря своим глазам, спросил я.
— Я всегда о таком мечтал! Представляешь⁈ Целый домик! А у нас во дворе, как назло, ни одной нормальной березы не было, — он чуть не захлебывался от восхищения.
— Не башня, а именно домик на дереве? — подняв брови, уточнил я.
— Ага! Давай скорее найдем, как в него попасть!
Он заметался, осматривая ствол дуба, но он был гладким и совсем не подразумевал, что по нему можно как-то забраться.
— Поищи лестницу, — сказал я ему. — Тут без нее не обойтись.
Вдвоем мы начали проверять кусты и высокую траву, но ни через десять минут, ни через полчаса ничего не нашли.
В итоге сели прямо под дуб на пустой рюкзак и стали думать. Я о своем отце, Санек о домике над головой. И лица у нас обоих были кислые.
— Я уже согласен на теткину запеканку, — с тоской произнес я, поглаживая урчащий живот. — Там еще на кустах малина осталась, пойдешь со мной?
Санек задумчиво кивнул, бросая тоскливые взгляды вверх. Скоро уже нужно собираться в обратный путь, чтобы не идти до дому в потемках, а мы еще не разгадали главную загадку.
Устало поднявшись, я размышлял о том, какая странная магия мне досталась. Вроде очень важная — провожать души на тот свет, но сама по себе она бесполезна. Вот Санек может себе ветер наколдовать, и мошек отгоняет, и прохлада.
В очередной раз посмотрев на домик, меня вдруг осенило.
— Сань, а дядька знал про твою магию? — спросил я.
— Конечно, — озадаченно ответил он.
— А остальные в семье, какая у них сила?
— Да они огневики большей частью. А с чего такой вопрос?
— Ты посмотри внимательнее на домик. Там у самого ствола я вижу небольшую щель.
— Да, я тоже ее вижу, наверное, там должна быть лестница.
— А если не должна, а есть?
— Подожди, а при чём тут магия?
— Ты умеешь шарики делать, так? А если там лежит скрученная лестница, которую просто надо поддеть, чтобы она вывалилась?
— Странные ты вещи говоришь. Зачем же такие сложности? — Санек уже чуть ли не обнял ствол, чтобы заглянуть в щель. — Подожди-ка! То есть ты хочешь сказать, что дядька специально спрятал единственную возможность попасть в дом от тех, у кого нет магии воздуха?
Вместо ответа, я хитро улыбнулся.
— Может, палкой поддеть? — тоскливо спросил он, особо не надеясь на свою силу.
— Пробуй давай, а я малину принесу.
Взяв бумагу, в которой лежали бутерброды, я полез в кусты, собирать ароматные ягоды. Одну и кулек, другую в рот. За спиной ругался Санек, на все лады костеря задумку своего родственника.
Даже из кустов были заметны слабые искорки магии воздуха. Интересно, а как моя выглядеть будет? Серой? Угольно-черной? Или насыщено-красной, как туман на Изнанке?
Будет ли, вообще, она заметна?
Через десять минут я вернулся и протянул малину вспотевшему другу.