– Почему? – с интересом спросила леди Камминг-Гульд, положив вилку на тарелку. – Что ты знаешь об этом, Шарлотта, и почему говоришь это с такой уверенностью?
Хозяйка совсем растерялась. Томас догадывался почему, но промолчал.
– Таллула Фитцджеймс видела своего брата в другом месте в тот вечер, когда была убита Ада Маккинли, – наконец отважилась ответить Шарлотта, подняв глаза и встретив взгляд тетушки.
– Неужели? – осторожно промолвила Веспасия. – Почему же она ничего не сказала, когда это было нужно? Это избавило бы следствие от многих недоразумений.
– Она не могла сказать, ибо была в таком месте, где не должна была быть, – ответила расстроенная молодая женщина. – К тому же она уже соврала однажды, и ей могли не поверить.
– Меня это ничуть не удивляет, – заключила пожилая леди и покачала головой. – Но, кажется, ты ей все же веришь. Почему же?
– Видишь ли… собственно, ей верит Эмили. – Шарлотта прикусила губу. – Это она мне все рассказала. Финли – порядочный шалопай и не очень приятный человек, но он не убивал Аду Маккинли.
– Разве никто из присутствовавших в том, другом месте не смог подтвердить этого? – спросил Корнуолис, глядя сначала на миссис Питт, а затем на ее супруга. – Почему никто не пожелал сделать этого? – недоумевал он. – Фитцджеймс, вероятно, просил их, не так ли? Или он невзначай позабыл, что сам был там? В таком случае это могла бы подтвердить его сестра? Все сразу прояснилось бы. – В его голосе звучало недовольство.
Веспасия, забыв о еде, тоже повернулась к Шарлотте:
– Что это за место, которое так стремятся забыть все, кто там побывал? Меня мучает любопытство. Неужели наш век до такой степени чопорный, что молодой здоровый мужчина, побывав в таком месте, боится признаться в этом? Что это? Собачьи или запрещенные кулачные бои? Игорный дом? Бордель?
– Вечеринки, где много пьют и курят опиум, – тихо призналась миссис Питт.
Лицо Джона помрачнело, а Веспасия закусила губу и высоко вскинула брови.
– Глупо, но ничего из ряда вон выходящего в этом нет, – заявила она. – Если бы надо было спасти жизнь человека, я не побоялась бы сказать, что была в таком месте.
Шарлотта промолчала. Томас знал, что не сомнение, а всего лишь нерешительность мешает ей найти нужные слова.
Корнуоллис, мало знавший жену своего подчиненного, все свое внимание обратил на ее тетю.
– Если нам удастся найти свидетелей, – твердо произнес он, – мы, по крайней мере, сможем снять с Фитцджеймса подозрение в первом убийстве, а по совокупности – и во втором тоже. – Он повернулся к Питту: – Вы знали об этом? Почему не сказали мне раньше?
– Я узнал обо всем, когда это уже не имело значения, – ответил Томас и увидел, как покраснела Шарлотта. Заметили это и гости.
– Что ж, по крайней мере, это снимает один вопрос, – резюмировал Корнуоллис, откинувшись на стуле, и снова взял вилку. – Теперь остается узнать, зачем подкинули вещи Финли Фитцджеймса на место преступления и, разумеется, кто мог это сделать. Эти два вопроса, пожалуй, можно объединить в один. Ответ на первый будет ответом и на второй. Уверен, что оба убийства совершил один и тот же человек.
Он почему-то опять посмотрел на леди Камминг-Гульд и лишь потом на Питта и добавил:
– Мне трудно представить себе, что это проделал кто-то живущий в Уайтчепеле и знающий обеих женщин. Это обязательно должен быть тот, кто люто ненавидит Финли, его личный и очень опасный враг. Что возвращает нас снова к Фитцджеймсам – от этого не уйти.
– Может, это какой-то сговор? – предположила Веспасия и принялась за пирог с почками. Шарлотте особенно удавались кулебяки с поджаристой, хрустящей и очень вкусной корочкой.
Питт и Корнуоллис молча пристально посмотрели на пожилую даму.
– Вы хотите сказать, что один из сообщников убивает женщину, а другой добывает улики и, возможно, подбрасывает их, не так ли? – уточнил Томас.
Сам он в это не верил. Слишком сложно это было, да и опасно. Если бы в убийстве Ады был замешан еще кто-то и Костиган знал об этом, он непременно назвал бы его. Сутенер не пошел бы на виселицу в одиночестве.
Джон не сводил глаз с Веспасии, словно чего-то ждал.
Шарлотта кашлянула.
– Ты что-то хочешь сказать? – спросил ее Питт.
Его жена чувствовала себя чертовски неловко, но деваться ей было некуда. Все теперь смотрели на нее.
– То, что Финли был на вечеринке, еще ничего не доказывает, – медленно сказала молодая женщина и порозовела. Она старательно избегала смотреть на мужа. – Видите ли… на этой вечеринке все были слишком заняты собой и своими развлечениями… Они столько выпили и выкурили… что их показания ничего бы не стоили. Можно было бы прогнать перед ними табун лошадей, и никто из них не был бы уверен, что это произошло на самом деле, а не в их воображении.
– Понятно, – вежливо ответил Корнуоллис, не скрывая своего разочарования. – Однако вы поверили его сестре? Она была достаточно трезва и видела там своего брата?
На этот раз Шарлотта уже не прятала глаза.
– Конечно, – кивнула она. – Таллула была там всего несколько минут. Когда она поняла, что там происходит, она тут же ушла.
