Прошло две недели. Завтра у мамы операция, а еще через семь дней – бой. После долгого разговора с тренером все же решили не переносить его, не отменять. Хотя дядя Акиф не одобрял выбора Руслана, но настаивать не стал. Он прекрасно видел всю ярость, которая бушевала в его бойце, и понимал, что правильнее позволить ему выпустить пар на ринге.
Тренировочная медитация должна была закончиться в старой мечети. Парень подбежал к ней как раз в тот момент, когда пожилой муэдзин произнес первые слова азана. Говорили, что услышать его голос – это большая удача. Старик прихожанин иногда приходил вместо своего сына, сменившего его в мечети.
Казалось, он читает душой, заставляя людей чувствовать божественное присутствие здесь и сейчас.
Руслан остановился у входа в мечеть, свернул к небольшому фонтанчику, чтобы умыться перед намазом.
Он слушал глубокую сердечную молитву, смотрел, как вода набирается в ладони, быстро наполняет их и переливается через края, унося с собой все тревоги.
Здесь почти никого не было. Древняя мечеть на окраине города уже давно осталась без могучего прихода. Именно поэтому Руслану нравилось бывать здесь ранним утром. Во время дальней пробежки всегда заходил сюда.
– Как думаешь, Аллах одобряет измены?
Резкий незнакомый голос вырвал парня из размышлений. Перед ним стоял Алимханов-младший. Он выглядел вполне доброжелательно, но глаза хищно щурились, выдавая едва сдерживаемую ярость. Руслан спокойно продолжил омовение. Амир не уходил, глядя, как неспешно двигается соперник.
– Ты покайся, может, договоришься. – Руслан наконец посмотрел в глаза Амиру.
Алимханов усмехнулся.
– Просто интересуюсь: что так реагируешь остро, братишка?
– В Коране поинтересуйся, – улыбнулся парень и, обойдя Амира, пошел в сторону мечети.
Тот не отставал. Шел чуть позади, рассуждая о живописных видах места. Руслан чувствовал, как только что покрывшаяся корочкой лава ярости дала трещину.
– Что ты тут забыл? – вдруг резко обернулся он, обрывая Алимханова на полуслове. Тот пропустил вопрос и скрылся в мечети.
Руслан снял обувь и занял отдаленный коврик, чтобы никто не мешал молитве. Но уже через пару минут рядом опустился Амир.
– Как интересно выходит, да? Кто-то может поставить на твой проигрыш и разбогатеть.
Руслан молчал.
– Аллах, подари брату мудрость отступить там, где нужно это сделать! – жарко зашептал Амир. Рядом никого не было, и никто не мог расслышать его слова, кроме Руслана. – Ведь в такой сложный момент, когда его матери нужна поддержка сыновей, она не может остаться совсем одна.
– Что ты несешь? – прошипел парень. Он настолько сильно сжал руку, что кулак побелел.
– Ведь если не отступит, брата упекут в тюрьму за кражу машин, а его самого покалечат уже всерьез. Его любимая окажется на улице вместе со всей семьей, без денег и чести, невестку вернут в дом дяди, где ее до смерти изведет новый муж, мать и старая бабка погибнут в нищете. Всевышний, дай брату мудрости отступить.
Амир сложил ладони, умыл лицо, и после глубокого благочестивого поклона перед Русланом оказался пухлый конверт.
– Ты проиграешь во втором раунде – или все это может оказаться в прессе. Или в прокуратуре. Кто знает, как люди распоряжаются своими ресурсами.
Алимханов чинно поднялся и вышел. Руслан какое-то время молча стоял на коленях, стараясь успокоить шум в ушах. Океан бешенства и бессилия затопили все тело. Он чувствовал, как подрагивает побелевший кулак. Руслан старался дышать, сконцентрироваться на молитве и словах муллы. Но все было тщетно.
Он яростно разорвал конверт и заглянул внутрь. Там были фото Мурада, передающего ключи от разных машин. Одна из них оказалась знакомой. Секунда на осознание – и озноб разочарования прошел сквозь каждую мышцу, сдавив горло.
Это был Мурад.
Машину Аиды забрал Мурад.
Смотрел в глаза и врал, что не знает, где она. Гонял по городу в «поисках», хотя только что сам отдал ключи!
На следующей фотографии Аида, Диана и он сам стояли около могилы ее родителей. Сверху наклеен стикер, где аккуратным женским почерком выведено: «Жена бизнесмена Алимханова с любовником-спортсменом и его беглянкой-невесткой пытались обманом заставить Амира перевести деньги на подставной счет…» и еще какая-то ерунда про выписки и банки. Следом шла статья про отца Аиды, что он пытался поправить свое финансовое положение за счет дочери, сначала выдав ее замуж за Амира, а затем заставив общаться с перспективным бойцом.
Хотелось отбросить эти бумажки как можно дальше, но пальцы словно прилипли к конверту. Еще ниже оказался документ, значение которого Руслан понял не сразу. Там было указано имя врача, который должен был оперировать Марьям. И небольшая история, в которой рассказывалось, как опытного врача внезапно известили о трагедии в семье и он не смог оперировать, а на смену ему поставили бездарного продажного лаборанта, который угробил пациента на операционном столе. Намек был предельно ясен.
Амир показал, что имеет власть над всеми, кто дорог Руслану, а еще – что в любой момент может его достать.
Даже в мечети.