Когда они вернулись с пляжа, Амир забрал у Аиды телефон и ноутбук. Запретил работникам помогать ей связываться с внешним миром под угрозой увольнения с волчьим билетом. Матери и отцу сказал, что поймал ее на измене. Это окончательно разрушило хоть какие-то отношения между ними. Пытка молчанием и неведением длилась вторую неделю.
Пару раз Аида пыталась сбежать, но ее ловили и запирали в комнате.
Однако на днях Амир стал вести себя вежливо и доброжелательно. При случайной встрече в огромном доме он улыбался, интересовался, как ее дела. Так было и сегодня.
– Как дела, джан? – сладко улыбаясь, спросил Амир, когда они столкнулись в коридоре.
Девушка не ответила, отвела взгляд и попыталась поскорее вернуться к себе.
– Я с тобой говорю.
– Амир, ты запер меня дома. Как у меня дела?
– Должно быть, прекрасно. Раз твой муж просто запер тебя, пока ты не погрязла во грехе.
– Ты о чем вообще?
– Не смей смотреть мне в глаза и лгать, джан. Я убью тебя за это, ты же знаешь.
Аида невольно вздрогнула. Он выглядел так расслабленно и добродушно, но говорил такие страшные вещи! Как такое возможно?
– Мне нужно в больницу.
– Мама обследует тебя дома.
– Нужно сделать повторный снимок. – Аида понимала, что ее уловка будет раскрыта, стоит только Амиру поговорить с матерью. Но она больше не могла оставаться в этом треклятом доме. Она просто обязана знать, что с Русланом!
– Ты наказываешь меня за воображаемое преступление. Уже две недели. Может, достаточно?
У Амира явно было прекрасное настроение, потому что ответом на ее раздражение и дерзость стал смех.
– А знаешь, ты права. Забери из моего кабинета телефон, ноутбук и ключи от машины. Ты усвоила урок, думаю.
Муж бросил ей ключи, но Аида от неожиданности не смогла их поймать и схватила пальцами воздух. Ничего не сказав, она быстро подняла их с пола и пошла в сторону его кабинета. Вся ситуация была странной, от доброжелательного «Как дела, джан?» до внезапной амнистии.
Стараясь не думать о причинах такой перемены настроения мужа, девушка открыла дверь. В последний раз, когда здесь была, Амир чуть не задушил ее. Немного помедлив у входа, она обернулась. Алимханов стоял посреди коридора и смотрел на нее с улыбкой.
– Давай-давай! На столе все лежит, забирай.
Ей казалось, что каждый волосок на ее теле приподнялся от страха. Озноб от предчувствия чего-то опасного не давал сделать и шагу. Но вдруг мелькнула мысль: «Если что, ударю его ключом в глаз!»
Впервые Аида почувствовала это желание биться до конца. Если Амир попытается снова ей навредить, она будет сопротивляться, использует все возможности.
Девушка прошла к столу. Там аккуратно в ряд были разложены ее вещи, а под ними лежали фото. На одном из них Аида увидела свою машину, на фоне которой старший брат Руслана передавал ключи какому-то человеку.
– Не такая уж и простая там семейка, да? Один помогает, другой ворует. Теперь понимаешь, почему я против вашего общения?
– Это ложь. Он не мог… – Аида осеклась. Во-первых, не стоит говорить лишнего при муже, а во-вторых… Руслан чинил ее колесо и был с ней в момент кражи. Отвлекал? Отец был прав?
– Я, конечно, не самый добрый человек, Аида, но я никогда не пытался тебя обмануть. Просто подумай об этом. Ах да, я еще перевел тебе деньги на карту, купи что-нибудь. Порадуй себя.
Аида вышла на крыльцо и остановилась. Она ничего не чувствовала. Только в голове вальсировала мысль: «Надо бежать».
У ворот сверкала чистотой ее машина, рядом никого не было. Охрана и помощники по дому растворились в саду.
На отяжелевших ногах Аида добралась до водительского кресла. Казалось, руль поднят слишком высоко, сиденье низко опущено, подлокотник неудобно далеко… Все стало невыносимо чужим.
Девушка неловко вырулила со двора и без цели поехала прямо по дороге.
Устраивать разборки Руслану казалось глупым и неприличным, а его брату – тем более. Но поверить, что он все знал и помогал Мураду в угоне, а потом так безбожно врал ей, никак не выходило.
Аида задумалась и пропустила очередную яму на дороге. Машина подскочила и осуждающе громыхнула.
– Да знаю я, что тебе не нравится! Мне, может, тоже! – девушка ударила ладонью по рулю, но тут же погладила его: – Прости, ты ведь совершенно не виновата, прости.
Пока она говорила с автомобилем, ее подрезал лихач на тонированной «пятнашке». Аида резко прижалась к обочине, где на нее тут же с криками накинулась испуганная женщина.
Все произошло так быстро, что времени на осознание не было. Аида смотрела в лобовое стекло как на экран немого кино. Женщина беззвучно кричала и размахивала руками, вокруг стали собираться люди, осуждающе кивали и тоже что-то говорили.
Аида прикрыла глаза, чтобы хоть немного отстраниться от чужих эмоций, и перед глазами появилась мама.
«Дочка, это мир такой большой, и в нем столько всего! Помни, что даже если стало невыносимо, ты всегда можешь изменить это, найти выход».
– Кажется, из своего «невыносимого» я никогда не найду выход, мама. Куда бы ни пошла – тупик.
Женщина уже колотила кулаками по капоту машины, толпа собралась довольно большая.