— Я скажу тебе, что такое жизнь. — произнесла Вера, возвращаясь на своё место. — Вообрази, что ты дерёшься с огромным амбалом, у которого кулаки как твоя голова, И в какой-то момент этот амбал сбивает тебя с ног, и ты падаешь без сознания. Он садится на тебя верхом и начинает без всяких сантиментов дубасить твою беззащитную голову, нанося удары то левой рукой, то правой. Так вот жизнь — это сон, который ты видишь в момент отруба.
С тех самых пор Константин и начал наносить себе увечья. Тушить о себя сигареты, прикладывать запястья к раскалённым конфоркам плиты, и так далее. Иногда Вера думала о том, что стоит с ним хотя бы поговорить.
— Тауматургия — сложная штука, — вот и всё, что ведьма могла сказать в ту ночь, глядя на трясущиеся руки парня, держащего окровавленный нож.
Когда доппельгангер Веры был разорван на части копиями сестры Полдень, сознание молодой ведьмы не успело перестроиться в подходящую позицию, из-за чего оригинал споткнулся о собственную цепь сеансов смещения. Следствием этого сложного для понимания метафизического затора стало то, что ведьма буквально телепортировалась внутрь кедра, где и скоропостижно скончалась уже в десятый раз. Помянем!
— Госпожа Белая, обратите на нас внимание, пожалуйста!
Открыв глаза, главный психиатр и нейробиолог резервации Анна Белая встретилась взглядом со Смотрительницей учреждения. Последняя сидела в своём дорогом кресле, на противоположной стороне длинного стола, и, очевидно, была недовольна тем, что её бурную пламенную речь пропускают мимо ушей.
— Простите, — отозвалась Анна, небрежно откидываясь на спинку своего стула, — я ушла в себя.
Две дюжины людей, сидевших с ними, переводили взгляды с Белой на Смотрительницу, и обратно.
— О чём был разговор?
— Об отчёте, собираемым руководством нашего филиала для Фонда. — С нажимом повторила начальница. — Что вы узнали о нашем новом пациенте за то время, что он провёл внутри нашей резервации? Профессора Москвы запрашивают подробный отзыв относительно состояния присланного из Самары дикаря.
На секунду глаза Белой одёрнулись мистической пеленой.
— Не называй мой народ «дикарями», Майя!
Ещё совсем недавно расслабленные пальцы Смотрительницы вдруг вжались в мягкие подлокотники кресла.
Чиновник из Отдела безопасности, сидевший по правую руку от Майи, наклонился и тихо прошептал начальнице на ухо:
— Не все из нас осведомлены о том, что среди персонала есть носители.
Мельком обведя взглядом комнату переговоров, Начальница так же тихо спросила:
— Кто не знает?
Мужчина неловко повернул головой, осматривая присутствующих, и постаравшись прокашляться шёпотом, ответил:
— В общем-то, только мы с вами и знаем. Знали…
Поток гнева в разуме Смотрительницы вдруг исчез, оставив последнюю в полной растерянности. Как раз в этот момент поднял голову присланный из Москвы ревизор.
— Рад, что региональные филиалы прислушались к столичным рекомендациям, и ввели в обиход программу прогрессивного отношения к построению френдли-атмосферы среди персонала. — Лучезарно улыбнувшись, отчеканил кудрявый парень в очках. — Я обязательно отмечу этот позитивный кейс в рапорте. Уверен, вы замечательно выполняете свои обязанности, госпожа Белая. Рад с вами познакомиться.
С этими словами молодой человек протянул руку Анне, в уме которой так же неожиданно образовалась пустота на месте гнева.
— Очень приятно, — когда Анне показалось, что щёки ревизора не смогут расплыться ещё сильнее, тот каким-то чудом смог улыбнуться ещё шире.
«Накуренный, что ли?» — подумалось ей.
— Игорь Греджев, — представился парень, сотрясая руку Анны в рукопожатии.
— Скажите, а вы не из Зоны 400, Челябинск?
— Нет, — нахмурился сотрудник, будто его вдруг нечаянно оскорбили, и усевшись на стуле, добавил так, будто это имело большое значение, — я из Зоны 300, Москва.
На пару секунд повисла тишина, отражающая умственный настрой всех присутствующих, которую нарушил возглас начальницы:
— Итак, друзья, вернёмся к работе. Госпожа Белая, будьте добры, поделитесь с нами своими открытиями относительно состояния поступившего к нам… эм…
— Пациента, — шёпотом подсказал глава из Отдела безопасности.
— Нашего пациента, да. Будьте добры.
Анна, чьё лицо уже приняло живой человеческий цвет, поспешила собраться с мыслями:
— Несколько дней назад самарский филиал запросил справку относительно цикла ЭК. Учитывая пункт отбытия нашего пациента, очевидно, он столкнулся с носителем, чьё сознание вывернуто наизнанку. Помимо стандартного посттравматического шока, пациент также испытывает последствия реакции тлеедов на эту встречу.
— Поясните.
— Тлееды намеренно запирают мысли носителя, не давая им течь в том порядке, в котором нужно. Проще говоря, парень не может думать. Это объясняет его тики — энергия мозга, призванная запускать процессы мышления, силой паразитов направляется по иным ответвлениям, вроде тонкой моторики рук. Отсюда вытекает объяснение его «дёрганности». Ну, ещё он до смерти напуган, разумеется.
