— Ох уж этот доктор Марш… — Вздохнул Валентин, разглядывая полотно текста. — Стало быть, вы общались с этой Бритской?
— С её земной версией. Послезавтра буду работать с Бритской-старшей. И так далее, по кругу.
— Выяснить больше про феномен ротации сознания и про Международный Департамент Аномалий. Как я поняла, в версии Бритской-старшей нет маскарада. Непонятно, по какой причине. Владимир говорит, что не смог наладить с ней контакт. Только мне не особо верится в это.
Приподняв одну из бровей, Валентин потёр подбородок.
— Не верите Маршу? Почему же?
— Он умудрился разговорить железное дерево, если верить некоторым доступным файлам из Реестра. К тому же, в его послужном списке немало записей бесед с людьми и аномалиями. Даже с тем случаем… со сварщиком или слесарем…
— Самоходный костюм, — кивая, припомнил сотрудник.
— Да. Вывести убийцу на чистую воду при помощи наряженного Могилевича, это, конечно, тот ещё номер.
Упоминание детектива способствовало возникновению ряда флешбэков, связанных с просьбой Антона и обещанием Николая помочь, но Марго отмахнулась от них усилием воли.
— И вот теперь я тут, — продолжила метареалистка спустя минуту.
— Узнали что-нибудь новое из беседы с «земной» итерацией?
— Да не то, чтобы новое. С точки зрения этики, это хороший материал, дающий фидбек относительно условий содержания для гуманоидных объектов. Хороший отзыв, правильные замечания. С точки зрения метареалистики, нужно больше данных. Думаю, есть смысл говорить со всеми итерациями по отдельности.
— Ну, тут вам нужен психолог, — заметил Валентин.
— Уже отправила сообщение Ирине Сергеевной. Она займётся вторичной обработкой показаний, когда вернётся с Участка.
— А чем это так пахнет здесь? — Сотрудник принялся было озираться по сторонам, но тут заметил самокрутку в пальцах Марго.
— Траву курю, — пожала плечами Шихобалова.
— Ага, ясно. — Протянул Лебедев. — Не возражаете, если присяду?
Ирина Сергеевна Ивлеева, штатный психиатр Зоны, выехала на территорию «Роста» в три часа дня. По приезду её встретил Владимир Марш. На сей раз он почему-то не отпускал колких язвительных шуточек, не уклонялся от вопросов, и даже говорил немного и только по делу. Встретив её на парковке, почти в том же месте, где происходил разговор с Шихобаловой, Владимир кратко обрисовал Ивлееве положение дел.
Проводя сотрудницу через КПП, специалист осведомился о профиле сотрудницы:
— Так вы психиатр или всё-таки психолог? — Уточнил Марш, проходя через турникет.
— В досье я указана как клинический психолог, — призналась Ирина Сергеевна, ожидая пока охранник оформит временный пропуск, — это избавило Смотрителя от множества бумажной волокиты при найме. А так, у меня два образования, включая психиатрию.
— А это не грозит Одинцову проблемами, если вдруг нагрянет комиссия? Это же не совсем по правилам.
— Моё пребывание здесь тоже не совсем по правилам, — отозвалась Ивлеева, чем обратила на себя недоуменный взор охранника.
— Всё нормально, — махнул ему Марш, уводя психологиню вдоль проходной.
После того, как женщине удалось дополнить досье Веры психиатрическим анамнезом, её ценность в глазах Фонда выросла ещё на несколько пунктов. Прежде чем переманить Ирину Сергеевну в Участок, доктор долго спорил с директором относительно безопасности: разумно ли привлекать к работе над объектами тех, кто ранее работал только с людьми? Случай с воскресшей девчонкой поставил в этом вопросе точку.
Оказавшись в приёмной, Ивлеева и Марш подошли на ресепшн.
— Добро пожаловать в Участок 77, — поприветствовала их Диана, протягивая заготовленные бумаги, — эти сведения могут оказаться полезны для вашего дела.
Приняв листы, Ирина Сергеевна мельком пробежала взглядом по их содержимому.
— Так. — Задумчиво протянула она. — Опять тлееды.
— Мда, — развёл руками Марш, подходя к кофейному автомату. — Никогда такого не было, и вот снова. Хотите кофе?
Присев на кушетку, стоящую в углу, Ирина Сергеевна пыталась на скорость вникнуть в происходящее, пока Владимир закидывал мелочь в аппарат.
— Кошмар, сколько терминов, — пожаловалась Ивлеева, спустя минуту, отпивая кофе. — Что ещё за ЭК?
— Эмпатический каннибализм. — Пояснил Марш, стараясь сохранить небрежный тон, присаживаясь на кресло рядом с маленьким стеклянным столиком, — Когда носитель теряет человечность, тлееды берут верх.
— Это понятно. Но причём тут эмпатия и пожирание себе подобных? И почему они связаны в цикле?
— Думаю, это как-то связано с восприятием сознания и пространства у тлеедов. — Предположила Диана.
— Может, спросим у нашей новой-старой сотрудницы? — Спросила Ирина Сергеевна.
В это же время сотрудница Аврора Измайлова, находящаяся в архиве, была вынуждена прервать работу над оставленной книгой сказок, чтобы найти своего непосредственного начальника. Так как Одинцов взял себе «внеочередной отпуск», его обязанности перенял Лебедев. За последние два дня он зашёл к ней всего один раз.
— Здравствуйте, Аврора, — поздоровался Валентин, оказавшись на пороге архива.
— Добрый, — откликнулась сотрудница, не отрывая уставших красных глаз от книги.
