Два домовых дома полностью

– Не вру! Я когда на Павелецком вокзале жила, по площади гуляла. А там книжки дешёвые продавались. Вот там я книжку про китайских драконов и видела. Большую и красивую. Я хоть и грязная была, но продавщица меня гнать не стала, так что я даже почитать немножко успела. Там и про Нефритового императора написано. И про его специальную шляпу с нефритовыми подвесками – по двенадцать спереди и сзади. В книжке той написано было, что эти подвески нужны, чтобы император всегда сохранял прямую осанку и прямой взгляд. Я чёт так и не поняла, как это работает.

– Да ты учёная дева, Аксют Ка, – после непродолжительного молчания заключил Сунь Укун. – Ты знаешь наши обычаи. Это хорошо. Это нравится Царю Обезьян. Мастер Гав Рил не солгал, когда говорил, что ты сильна, ведь знания – тоже сила. Мудрость очень важна для духов дома, хранителей стен и семьи, проводящей в этих стенах свои земные дни.

– Гаврюш, я чёт запуталась. Типа он сказал, что я умная, да?

– Да. Поэтому молчи, поди, никого не разочаруешь…

– Прекрасный Сунь Укун, а император придёт на олимпиаду? – спросил Егор.

– Да, мальчик, – беззаботно ответил Царь Обезьян. – Что ему ещё делать? В Нефритовом дворце скука, ведь меня там нет. А здесь я есть, здесь будет веселье, хи-хи-хи!

– Приехали. – Волшебный конь-рыба-дракон плавно затормозил у китайского стадиона, подготовленного к олимпийским играм.

Впереди возвышались красивые пагоды, между которыми были протянуты серебряные нити с нанизанными на них разноцветными рисунками. По небу летали китайские фонарики и драконы. С одной стороны, всё вроде бы красиво и аккуратно, везде гуляли толпы народа, шла бойкая торговля сувенирами, а с другой… ох…

– А чё у вас стадион-то квадратный? – спросила Аксютка, подёргав за рукав Сунь Укуна.

– Потому что квадрат – символ целостности Поднебесной империи, о любознательная Аксют Ка. – Царь Обезьян раздражённо вырвал свой широкий рукав из её цепких пальчиков. – Символ земных сил и плодородия. Кроме того, все знают, что земля квадратная.

Егорка весело рассмеялся.

– Даже дети в детском садике знают, что земля круглая! В смысле шарообразная! И Гагарин летал в космос и подтвердил!

– Мне неизвестно, кто этот почтенный муж, Егор Ка, и куда он летал и на ком, – не оборачиваясь, ответил Сунь Укун, – но в великом трактате «Ли цзи» указано, что небо круглое, а земля плоская и квадратная, измеряемая полутора тысячами миль в каждую сторону.

– В каждую сторону откуда? – ехидно спросила Аксютка.

– Отовсюду. – Сунь Укун равнодушно пожал плечами.

– Но это неправда! Нас в школе учили, что…

– Так написано в великом трактате, ученик мастера Гав Рила, а значит, так оно и есть.

– Но…

– Но ты волен заблуждаться, Егор Ка, – отрезал Сунь Укун, смотря по сторонам. Он явно кого-то искал. – Когда Будда захочет открыть тебе истину, ты сам найдёшь её.

Царь Обезьян мигом смешался с шумной толпой суетящихся китайцев, иностранцев и волшебных существ и пропал из виду.

– Да брось, Егорка, – похлопал его по плечу Гаврюша. – Пусть у него будет квадратная земля. Темнота, что с него взять, если в ихнем Китае даже Небесная Курица – это обыкновенная лягушка… Посмотри-ка вот лучше, кто к нам выполз!

Домовой указал узловатым пальцем в правый угол стадиона, из которого навстречу друзьям полз дракон. Нет, конечно, он не то чтобы совсем уж полз, скорее неуклюже семенил коротенькими ножками, и его длинное брюхо волочилось по песку, как и хвост.

– Вот, энто самый настоящий китайский дракон. – Гаврюша, держа за руки Егора и Аксютку, направился к дракону. – Дракон обыкновенный, жёлтый, с рожками, мохнатой мордой и пятью пальцами на лапах. Хотите познакомиться? Я его знаю.

Мальчик и домовая радостно закивали.

– Здорово, Хуань Лун! – поклонился Гаврюша дракону.

– Здравствуй, чужеземный мастер Гав Рил, пришедший с Севера, чтобы помочь Поднебесной встретить Великие игры! – высоким звонким голосом, совершенно не подходящим такому несуразному телу, отозвался дракон. – Здравствуйте и вы, о мелкие дети Гав Рила!

– Гаврюша наш домовой, а мы не его дети, – невольно рассмеялся Красивый-младший. – Ты всё перепутал, жёлтый дракон!

Мифическое существо посмотрело на Егора и принюхалось к нему совершенно собачьим носом.

– Я не жёлтый, а Золотой дракон, о неизвестный мальчик с волосами цвета солнца и глазами, в которых синеет морская пучина. Моё имя…

– Ледяно-ой поток не страше-ен крыльям зо-олотых драконо-ов! – внезапно пропела рыжая домовая.

Золотой дракон дёрнул тонкими усиками. Потом ещё раз и ещё. И, поцарапав когтями песок, стал приподниматься на задних лапах, смешно извивая длинное тело.

– Это… Чё это ещё за дрессировка? – нервно спросил Гаврюша и оглянулся на Аксютку, ожидая объяснений.

– А? Чё? Да не знаю я, чего он. Это песня такая. Эпидемия… – уточнила она с таким видом, как будто теперь точно все всё должны понять. Но никто ничего не понял.